На огромных пространствах вокруг Байкала кочевали буряты-кочевники, сменяли летние пастбища на зимние, жили в своих войлочных юртах, перегоняли стада. Кочевники жили в гармонии с природой. Они ценили и берегли богатство флоры и фауны окружающего мира. Из поколения в поколение передавали они нравственные заповеди свода законов природопользования, чтобы защитить природу. Так рождался культ гор, рек, озера Байкал, культ леса, культ природы. Так народ сотворял предания и легенды, в которых главным героем становился покровитель жизни всех живых существ – трагически погибший человек в какой-либо местности. Все пространство озера Байкал и реки Селенги было пронизано загадочным феноменом этих мест – миром духов-эжинов, покровителей местности. Тайны таких сакральных мест знают сейчас немногие. Память о некоторых из них сохранилась до сего времени в старинных преданиях.
Человек, трагически погибший в границах данной местности, увековечивался в названии урочища, леса или другого природного объекта, наделялся в представлении местных жителей сверхъестественной силой. Такой эжин-хозяин почитался людьми и должен был покровительствовать населению своей родной местности. Согласно поверьям, дух покойного вселялся в определенный природный объект, например, озеро или лес, становился его хозяином-эжином, охраняя близлежащую местность.
В местности Сосюрта долгое время бытовало старинное предание о призраке девушки из юрты, которая встречалась припозднившимся одиноким путникам на лесистом холме. Как рассказывали местные старожилы, эта легенда родилась задолго до революции и повествовала о несчастной невесте, которая после проведения свадебного ритуала на священном холме неожиданно умерла. Смерть произошла мгновенно, все были растеряны и подавлены горем. Шаман, проводивший моление-обряд на этом холме, посчитал нужным захоронить девушку на вершине холма – поставить здесь белую войлочную юрту для покойной. Это место стало культовым и почитаемым местными жителями, которые здесь поклонялись покровительнице местности. С тех пор люди, проходившие поздно вечером мимо холма, стали замечать: над кровлей одинокой юрты, в квадратном проеме дымохода, мерцал таинственный огонек, отчего казалось, что это светит подвешенный наверх фонарь, а рядом с юртой – девушка в светлом халате-дэгеле призывно манила к себе заплутавшего путника. Мудрые люди-старейшины объясняли: это не насладившаяся жизнью, неуспокоенная душа девушки бродит недалеко от юрты в поисках любимого. По уверениям очевидцев, видение девушки из юрты было добрым предзнаменованием, приносило им впоследствии удачу в делах и благополучие.
Случайно или нет, но видение девушки из белой юрты исчезло после загадочного случая, произошедшего в конце тридцатых годов. Старейшины близлежащих сел рассказывали: юноша из соседнего района, чтобы сократить путь, выбрал дорогу через гористые перевалы. Проходя по вершине очередного холма уже в надвигавшиеся сумерки, юноша вдруг заметил яркий огонек, который по мере приближения нему путник принял за верхний фонарь юрты. Он был очень удивлен, что юрта стоит одна в пустынном месте, но успокоил себя тем, что такие юрты в то время кое-где сохранялись как летнее жилище для ночевки чабанов, табунщиков или охотников. Юноша был радушно встречен гостеприимной хозяйкой-девушкой и остался ночевать в юрте. Каково же было его удивление, когда он проснулся на рассвете от холода. Не было ни юрты, ни девушки, только пепел на месте очага был чуть теплым.
Этот случай стал известен в народе, и вскоре местные власти в соответствии с атеистической пропагандой снесли юрту, к тому времени уже изрядно ветхую.
Трагически погибшая девушка из войлочной юрты стала с религиозной точки зрения местных жителей “хозяйкой”– эжином той местности, где погибла. Не зря шли слухи среди местного населения, что встреча с видением девушки-покровительницы местности означала удачу в делах.
Буддизм в форме ламаизма, пришедший на смену шаманизму, поддерживал в народе культ родовых гор, называл хозяев места тибетским словом “сабдак”. Так, старинное предание о девушке из белой юрты стало памятью о ней и сохранялось в поколениях людей в форме местного предания.
Мировосприятие бурят обнаруживает сходство с преклонением перед природой у жителей Японии. Ведь японцы сохраняли глубокую связь с природой, поклонялись местным божествам природы – ками. Те же самые традиции почитания природы у бурят, калмыков. На сцене Калмыцкого драматического театра в нынешнем сезоне поставлена лучшая пьеса о привидениях из репертуара театра Кабуки “Пионовый фонарь”. Этот шедевр японской классической литературы на основе японских преланий сложил Санъютэй Энтё в конце XIX века. На русский язык “Пионовый фонарь” перевел знаменитый фантаст Аркадий Стругацкий, который был японоведом. Одна из сюжетных линий этого произведения сходна с бурятским преданием о девушке из белой войлочной юрты и другими подобными преданиями: два призрака давно умерших девушек – госпожи и ее служанки – ходят по ночам в поисках любимого. В руках у служанки – пионовый фонарь, который издали привлекает запоздалых путников своим загадочным светом.