«Апофеоз св. Бернардина». Пинтуриккьо, Санта-Мария-Арачелли, Рим
Добродетель Отшельника. Смирение. За моральную основу постулатов отшельничества также были взяты слова из Евангелий, вложенные в уста Иисуса: «Возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим; ибо иго Мое благо, и бремя Мое легко» (Мф. 11:29, 30), и: «Но уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек; смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной. Поэтому и Бог превознес Его и дал Ему имя выше всякого имени, дабы пред именем Иисуса преклонилось всякое колено небесных, земных и преисподних, и всякий язык исповедал, что Господь Иисус Христос в славу Бога Отца» (Фил. 2:7-11).
В этих словах содержится идея одной из христианских Добродетелей – Смирения. Но «Смирение» в перечень Добродетелей было добавлено значительно позже, по-видимому, уже в период становления монашеских Братств. Это понятие в качестве «добродетели» появляется в Уставе Ордена Госпитальеров: «Лучший способ бороться с дьяволом – смирение, ибо не помогут ни нарядные одежды, ни высокий титул».
Примечательно, за аллегорию «Смирения» зачастую принималась другая Добродетель – «Умеренность», которые часто путали между собой, хотя даже в русском языке этимология этих терминов разная – в основе первого корень «мир», а второго – «мера».
Смирение Мантеньи. Добродетель «Смирение» постулирует примирение со всеми обстоятельствами жизни. Смирение – это безропотно готовность «нести свой крест». Такой мы видим аллегорию Смирения на фреске Андреа Мантеньи, выполненной им для покоев папы Иннокентия III в Риме. Того самого Мантеньи, с чьей картой Сатурна из Тарокки мы встречались выше.
Аллегорическая фигура, изображённая Мантеньи, скромно и покорно склонилась под тяжестью обломка колонны, увитой лентами. Ленты символизируют связь атрибутики с Добродетелью. В то же время из колонны торчит лезвие секиры. Всё положение фигуры является аллюзией на Человека, «несущего свой крест».