– Как, – только и смогла вымолвить она, – я еще так молода… – на глазах, черных как смоль, сияли бриллианты слез. Она сразу вспомнила Талае и обещание быть с ним. Она вспомнила, что обещала ему перед духами, а сама теперь не сможет сдержать слова, потому что так решил дядя.
– Решено, свадьба назначена, твой жених умен и красив, тебе повезло, ему ненамного больше лет, чем тебе. Бывает хуже, я постарался для тебя, многие сватались к тебе в мужья, даже знаменитый князь из рода, что живет за синими горами, но он стар, и мы пожалели твою красоту, – дядя говорил размеренно, с чувством достоинства, свойственного истинным людям природы.
Анчак плакала, думая о том, что хотят отдать ее за того, кого она никогда не видела, как скотину, свести с выгодным вариантом, а как же ее чувства? Она взяла себя в руки и заявила категорично, забыв все приличия, забыв о том, что дяде она обязана всем:
– Я не согласна! Никто не смеет решать мою судьбу, даже вы, дядя… – Если бы у нее был кинжал она, наверное, вонзила бы его себе в грудь в тот момент.
– Девочка, ты еще так молода, – улыбнулся дядя, – пойми, ты живешь во времена, когда у женщин нет выбора, у них есть только судьба. Ну-ну, не нужно так, к тому же, вот он, твой будущий муж. – Дядя жестом указал на идущего навстречу молодого парня с огромными черными глазами и орлиным носом. Тот в недоумении смотрел на удивленное выражение лица девушки, которая снилась ему во снах, а теперь она была его суженой. Его женой.
Анчак вперила свои глаза-буравчики в черные глаза суженого и от потрясения не могла проронить ни слова.
– Ну, что ты, пойди и принеси своему избраннику чай, а потом сядь с ним рядом, вам нужно познакомиться, – как ни в чем не бывало произнес дядя.
Медленно, с достоинством проданной дорогой кобылы, девушка вышла из залы. Она постепенно приходила в себя. Да, парень был далеко не урод, возможно даже будет добр к ней и мягок, может быть, если повезет. Но тут же возникли мысли о любимом, простом пареньке: «У меня есть Талае! Он спасет меня, и мы убежим вместе в горы!».