Перед взором девушки появился огненный круг, на котором словно на экране показалось изображение, картина танцующей девушки с красивыми светлыми, как колосья, волосами и голубыми глазами. Анаста смотрела и видела портал, сквозь который в мир спускались великие огненные женщины, она видела их великолепный танец, их скорость, едва различимую в мире, она видела, что среди них была она, а потом все смешалось и сознание затуманилось. Духи стали эфемерными и растворились в воздухе, они словно прошли за завесу между мирами, и на поляне снова остались только люди в человеческих одеждах.
Трансцендентный опыт был получен, тогда для жителей земли и леса он был обычным состоянием, когда мир живой и люди в нем – продолжение великой жизни, когда энергия просто видоизменяется и протекает сквозь друг друга, когда ты на время выбираешь ту или иную форму, чтобы затем, исчерпав ее, полностью усовершенствовать. Тогда этот мир становится сказочным и одновременно настоящим. Это то, чем заплатили современные люди за комфорт и блага цивилизации, это то, что делает нас участниками жизни, а не ее наблюдателями.
Девушки встали вокруг костра и посмотрели в глаза мужчинам, с которыми прошло их детство и юность, которых они любили всем сердцем, здесь и сейчас они согласились, что будут идти рядом друг с другом до конца…
Глава 1. «Москва ждет февраль…»
“Как будто сердце не бьется,
Как будто солнце не горит,
Она уже не вернется,
Осталось только дверь закрыть.
Как просто… Снег – это птицы.
Как пусто… Память – белый лист.
Нам лёд заклеил ресницы,
Там, где она, ни зима, ни земля, только облака…”
В зале ночного клуба царило веселье. Столичный город вступил в пору ночных утех. Жители столицы жаждали хлеба и зрелищ. В клубе, где каждый забывал, кто он, царило ощущение празднества, тела прикасались друг к другу, страстно желая сплестись. Зал был огромным, а ночной клуб «Бригантина» едва вмещал всех желающих. В этом мире не было места тем, кто боялся, в этом клубе люди отдавали себя друг другу и получали удовольствие, наслаждаясь жизнью. Опустошенные, они возвращались домой, где их никто не ждал.