еще один «свой» человек
Готов не то, что поклясться, готов снова и снова ставить жизнь на карту, подтверждая смысл жить через узнавание любви и доступной меры близости. Это такое наслаждение когда-то снова обрести человека, предрасположенного ко взаимному обстоятельному погружению. Пусть это занимает месяцы или годы, когда ты перебираешь варианты или просто ожидаешь в одиночестве, но оно того стоит. Присутствие рядом человека, созвучного как в основах мировоззрения, так и в промежуточных стремлениях всегда вдохновляет.
Может, от того мы так гонимся за попутчиком. Один смысл складывается с другим, образуя новое качество уже общего состояния. Встретить «своего» человека не всегда удаётся и за всю жизнь, хотя, как мне кажется, это показатель текущей внутренней готовности.
Придется оговориться, что «своего» – значит способного сейчас психоэмоционально вывозить меня и весь бэкграунд со всеми оленями в обмен на уже мою готовность нырнуть в ее зоопарк со всеми страхами, убеждениями, ожиданиями, мечтами, болезнями и тайными пристрастиями, гадюками-околоподругами/родственниками и ужами-бывше/полутеперяшними воздыхателями.
А к сорока годам обычно этот зверинец бывает пестрым. Здесь принципиальным является именно временный характер любых правдивых отношений. Ничего в жизни не бывает навсегда и постоянно, кроме ностальгически светлых воспоминаний коммунистов о звездатом совковом прошлом с гвоздиками на танках и бесплатными автобусами.
Она сейчас вот такая со всеми своими журавлями, но через пару лет имеет шансы коренным образом переустроить флору и фауну внутри, и снаружи. Вот нужен я буду ей, если в то время сижу и только на Запад кулаками пыжусь вместо обстоятельной личной работы? Выходит, ей придется темп жизни душить и овощи консервировать на кухне под мое нытье на фоне РБК-шной песни про дружественные страны, импортозамещение, редомицеляции Яндекса и всесоюзные достижения Сбера с его навечно бесплатной кредиткой.
Потому, что ведь в ином случае, и, если ей захочется следовать линиям именно своей жизни, пути наши разойдутся, несмотря на очередной щедро провозглашенный год семьи, и ипотечные льготы в новой Москве. Я останусь в своей старой Москве, а ее может поведет в Стэнфорд или прочий пало-альтовский рассадник капиталистического санкционного давления. Получается, или я, и бессмертные семейные ценности с патриотически-первомайской квашенной капустой, либо ее амбиции и прямые жизненные ходы в страны идеологической запрещенки.
И дай ей Бог (пока еще разрешенный) послать меня куда подальше, выбрав сбалансированную индивидуальность и взвешенное понимание про «ничто не вечно под Луной». Такие отношения себя отыграли, если ее журавли полетели за океан, а мои олени окопались в Бутово. Значит мы выполнили текущую задачу. Кто здесь хороший и где плохой? Птице перелетной – попутного ветра, а хомяку – гороха за щеку. Все по правде, по жизни, «на сухую» и по черствой справедливости.
Только ведь помимо чисто таких взросло-рациональных суждений вокруг осознанной пернатой индивидуалки кружатся охотливые до советов подруги, общественное мнение с идиомами о 26-летних старородящих грешницах, и тянущем чувстве привязанности с тлеющей благодарностью, ведь вы столько прохомячили вместе. Ну, прошли, и дальше пошли – на первый взгляд, а на второй – не так уж просто принять вызов внутреннему «доброзлу», когда касается именно тебя.
Новый человек – новая отдельная Вселенная со своими законами, особенностями, вызовами и порядком их разрешения. Пока ты один, то так ловко умеешь знать правду, и всех по ней сортировать, но вот когда приходит Она уже со своим уставом, то махом бреет кустики твоих иллюзий и амбиций. Теперь придется договариваться и весело не будет точно. Работа пойдет через трения, обиды, ожидания, очарования и гневные послания. Потребуется не только экстракт прежнего опыта, потребуется весь внутренний ресурс, весь запас прочности. Когда вам далеко не двадцать, за плечами приличный склад суждений, убеждений, навыков, хотелок и нехотелок, но главное – потаенных страхов.
Встретить человека, значит иметь готовность вновь встретиться с возможностью преодоления в себе ограничений. Значит снова учиться, значит смирять гордыню, искать компромиссы и находить другие прочтения уже вроде бы знакомого себя.
С ней ты точно будешь другим, а он переменит тебя до неузнаваемости. Можно сказать, это утрата суверенитета, утрата идентичности, а можно просто узнать ещё одну версию себя, и значит всего мира.
Никак нельзя переоценить созидательное влияние энергии любящего человека, наполненного жизненной силой взаимности. Моменты ослепительного сияния на вершине пьедестала задают тонус, впечатляя присутствующих и причастных.