Вводная первая
Это будет снова непростая книга по слогу (как вы уже заметили), по структуре, по намерениям и по энергиям, и снова вязкая эмоцией. Читать же все это желательно будто вы немножко выпили и никуда не торопитесь, а если вы меня знаете хотя бы через одни руки, то и вправду стоит завести бутылочку поблизости, поставить розовое игристое в морозилку на всякий случай. Погода у нас тут обещает быть лондонской: дождливой, туманной, обстоятельной и с проблесками надежды.
Данная седьмая книга вероятно будет такой же внезапной по содержательности и векторам тематики, что и предыдущие, станет отражать противоречивость и целевую наполненность. Начавшись, как инструмент переживания межличностных перипетий с Юлей Г. и А.В., книга продолжила реформировать меня главным образом в сфере взаимоотношений с женщинами, укреплять самодостаточность, да и личности в целом. В ходе написания вертится масса диалогов, внутренних и внешних событий.
Мир образца весны 2022 года довольно переменчив, Z-вывески еще рисовались только маркерами на стеклах авто, и то, как пройдут последующие два года мы еще не знали, как не знаем и теперь о грядущих. Неопределенность стала настолько навязчива, что заполонила умы людей, удушливо подгружая сознание каждого. Неоднозначность перемен только с наскоку выглядит неоднозначной, на деле, если вдуматься, то вектор очевиден.
Мир тащит людей в принятие, в проживание жизни здесь и сейчас, лишая роскоши хотя бы среднесрочного планирования. Приучать себя к гибкости приходится каждому, и техника индивидуального применения насколько разнообразна, насколько многогранны люди в целом. Каждому достается его вызов, вскрывающий именно его страхи.
Мы увидим высвобождение от страстей необъяснимой неистовой приверженности одного человека другому. Пожалуй, будет опорные сюжетные линии, повествующие о людях, через которых разворачивалась жизнь Александра А. Лирика наивности и непоколебимой веры столкнулась со злобой действительности на полях острова Гоа.
По мнению Бертрана Рассела, признаком надвигающегося кризиса для человека, и в особенности творителя чего-то значимого (по мнению самого творителя) является его укрепляющаяся вера в важность такой работы. Обещаю вам и себе сглаживать тягу к наставничеству и умничеству без запроса.
Может это защитная реакцию, сочиняющая почву для собственной уверенности, и может отчасти еще потребность выражаться, как бы уличая, разоблачая или даже нападая на окружающих, менее совершенных по моему мнению. Тот же Рассел здесь бы предложил понимание жизни, где ты постоянно стремишься стать преступником, чтобы не быть жертвой.
Может мне бывает свойственна чувствительность и уязвимость в отношениях с близкими, и потому приходится местами вести себя беспощадно, проходя уроки по калибровке стойкости вплоть до жесткости. Не то, чтобы добро обязано быть с кулаками, но ему точно надлежит иметь разборчивость и огнеупорность от желающих злоупотребить доверием. Хуже всего, будто этот Рассел свечку держал над всей мой жизнью, и кстати, как будто держать продолжает, судя по событиям текущего июля 2024 года. Хотя до этих дней нам пока далековато.
Величайшая слабость влюбленности с одной стороны и эпическая зачарованность – с другой взяли верх, чтобы показать оборотную сторону света, о которой мы не всегда хотим иметь представление. Теперь я кое-что знаю, что есть и будет по ту сторону, что ждет любого убежденного искателя смыслов жизни.
Я снова сделал это сам, учредил свой Ад, и свой Рай во мгновениях, сам проживал смутные времена сердца и ума. Все же временами приходят мысли и думал сотни раз, а как бы оно было, если бы подумал иначе, если бы послушал кого-то еще, если бы поступил другим образом. А иначе нельзя никогда, кроме как есть.
Жизнь моя, и правила мои, ведь сам выбирал, кому и чему посвящать годы жизни. Тут нужна вера полномасштабная с самого начала, самодеятельная в процессе и непокоренная на выходе. К чему бы эти слова ни прислонялись. И это тоже Концепт «ананьевизма», его стройное закономерное продолжение.
Познать суть можно только через крайности, пусть это и условность, однако же каждому человеку предоставлены вполне выверенные зазоры этих самых крайностей, во всей своей посильной, хотя и кажущейся невозможности.
Так мы делали и делаем, так было сказано еще в первой книге, что жизнь человека заключена в отрезок между первой точкой и второй, между смертью и рождением. Метафоретика двух точек применима ко всему, и похоже границы идиотизма здравого смысла все расширяются. Если данный Концепт – это теория о выходе из исходно нормального, хотя и матричного мира в странный условный Зеон, то и познать его (Конецпт) можно лишь отрекшись ради реинтеграции обратно в матричный слой реальности. Нужно погулять туда-сюда.
Тогда же я говорил, что познавать суть отцовства, семьи, дружбы и чего-то еще можно лишь обретя на деле, проживая это день за днем со всем усердием и отдачей. Однако, это только часть, только лицевая сторона монеты. Вдруг внутри человека нечто заставляет совершать безрассудный разворот, кажется, необъяснимый, вовсе нелогичный, даже поперек его собственных интересов, сметая всю прежнюю жизнь куда-то под ковер.
Теперь нужно оставить достигнутое, полностью отречься. Не истерически так хлопнуть дверью в сердцах, но выдержанно, насколько достает сил, пусть может и с трясущимися руками и окровавленным сердцем. Не хочу сказать, что это посильно каждому, да и полным вздором было бы всерьез рассматривать подобную исследовательскую гипотезу для нормального человека, знающего «доброзло» еще со школы. Существование таких людей – это баг системы, нас не бывает, и потому здесь все вымысел (так легче читать).
Любить свою или чужую красоту легко, хотя и требует известных усилий. Полностью познать существо явления можно только через вторую точку. Жизнь возможна лишь через Смерть. Есть страшная, таинственная, и какая-то мистическая оборотная сторона у всякой медали, любого процесса. Это познание теневых сторон жизни, людей и главное – самого себя. Познай в себе Урода, ведь он есть в каждом и во всем. Он – это тоже ты. Любовь к себе берется через такие встречи.