Чем производительнее музыкальная система, и чем сильнее водитель ей злоупотребляет, тем значительнее осложняет себе контроль над едва уловимыми начавшимися отклонениями. Гонщики под музыку не ездят, они наслаждаются точной работой механизмов, их ухо чутко отлавливает любой звук, выбивающийся из нот, подобно дирижеру, зорко выдергивающему фальшивца из оркестра. В то время в январе мне было невдомек, что внутри имелось биение, хотя предпосылки имелись отчетливые.
Уже несколько месяцев я не писал, более того, полагал, что данная стезя покинула, ушла куда-то безвозвратно. Честно сказать, уже и не мог вспомнить, как это делается. Разговор не только о писательстве, сколько о внутренней силе и частоте вибраций, которые толкают наружу поток энергии, текущий сквозь меня. Даже читать не мог! Элементарно не находил силы и усидчивости, словно приемник сбился в чужой диапазон с ФМ на АМ. Своему Проводнику описывал состояния примерно так.
Я погрузился в земляную яму и сижу в темноте, копаюсь в песочке, но временами с ностальгическим трепетом вздымаю голову вверх, но не могу видеть отчетливо. Некто завалил хвойными ветками жерло ямы, и теперь доводится лишь продираться взглядом к свету сквозь пелену нагромождений. Такая вязкая и раздирающая беспомощность! Будто ментальный рот зашили, а туман в голове не дает разодрать его. В принципе, можно найти отдаленное сравнение с состоянием похмелья, что раньше частенько проживал, когда мысли путались, и не мог сосредоточить внимание.
Какая там когнитивная интернализирующая активность, когда я не мог вдумчиво прочитать собственное же исковое заявление в арбитраж, что, в сущности, есть шаблонная обезьянья грамота. Несмотря на сказанное, тогда в январе я не мог одуматься, и вернуться в разум. Не мог. Была масса запросов Идущих, с которыми я работал, но вкладывался в процесс не так наполнено, как мог бы. Все больше уходил в самолюбование, и вот тогда поздно вечером 20 января в гости приехал Проводник с этими препаратами.