Проблемность обострилась с началом полового созревания, когда я не мог игнорировать взгляды девчонок. В самом деле, моя улыбка была некрасивой, зубы были серых, желтых, темноватых тонов с выраженным гнилостным запахом. За долгие годы я отчасти привык к запаху, но окружающие шарахались по мере приближения. Какие уж тут первые поцелуи. Все это сопровождалось классическими прыщами, которые почти сразу стали достаточно глубокими, чтобы сохранить рубцы на висках до сих пор. Только к четырнадцати годам маме удалось частично реконструировать мне передние резцы. Я начал учиться общаться и улыбаться непринужденно. У самой мамы тоже были проблемы с зубами с моего рождения, по ее словам, во время родов они стали буквально вымываться.
Не следует забывать так же финансовую составляющую детства и юности. Я родился в бедной семье, в 37-метровой хрущевке, доставшейся родителям от бабушки или прабабушки. За 17 лет постоянного проживания с родителями квартира ни разу не знала ремонта, и находилась в ветхом состоянии с обваливающимися кирпичами и гниющей фанерой на полу. Странное дело, но видимо родители так свыклись с нищим образом жизни, что даже уборкой не занимались. Густая паутина по углам в ванной с кусками штукатурки висела годами, до сих пор оставаясь в моей памяти. Естественно, привычкой к чистоплотности я заразиться не мог. В подобной ситуации я как огня боялся приглашать в гости друзей, одноклассников и знакомых. Тогда было принято ходить в гости, много времени проводили таким образом.
Я постоянно ходил в разные дома, но всячески уклонялся от ответных визитов под разными предлогами. Было стыдно за место, где жил. Мама старалась дать нам с сестрой лучшее из того, что могла, но заниматься собственной жизнью вовсе не стремилась. В сущности, именно так работает психоаналитический паттерн «яжмать», когда женщина всецело устремляет фокус внимания на жизни детей, и всесторонне бравирует данным обстоятельством. На деле, она просто не знает, как еще можно жить, и на всякий случай боится неопределенности. Фокус не слишком работает, ведь снимая ответственность за собственную жизнь, начинаешь незаметно транслировать безразличие к этому превостепенному обстоятельству. Даже без навыков аналитической работы детеныши считывают правила игры, где взрослые объясняют все провалы в жизни тем, что посвятили ее детям.