* * *
Сейчас выходит не так много книг, посвящённых лозоходству. В тех же, которые появляются, чаше всего отсутствует нечто очень важное, едва ли не самое главное. Мне трудно обозначить это «недостающее звено» каким-то одним словом. Наверное, можно сказать, что в этих самых книгах очень мало собственно лозоходства.
Древнее искусство сегодня зачастую подаётся как приложение, необязательное дополнение к чему угодно – от экстрасенсорных методов лечения до контактов с «Высшим Разумом». Только о контактах с самим собою речь, почитай, и не идёт вовсе. А зря.
Родственное и психометрии (искусству считывания информации экстрасенсорным путём), и спиритизму (который иногда принимают за общение с потусторонним миром, что отнюдь не так) – увы, порою в худших его проявлениях, – лозоходство, тем не менее, является самостоятельным феноменом и должно восприниматься именно в этом качестве. Более того. Лозоходство – как и психометрия, и спиритизм, и другие, им подобные способности, есть всего лишь метод. Всего лишь путь, следуя которому может развиваться человек. Один из многих возможных путей.
Впрочем, одновременно лозоходство даёт возможность практически использовать способности человека не только «внутри» его самого, но и во внешнем мире на благо людям. Именно руководствуясь непреклонной в том убеждённостью, я и писал всю эту книгу.
С точки зрения среднего современного человека (не только простого обывателя, но и «просвещённого интеллигента»), знакомого с этим методом лишь понаслышке, лозоходство в лучшем случае – просто старинное суеверие, в худшем – откровенная бесовщина. Окутанное не то покровом тайны, не то толстым слоем слухов и разнотолков, оно не внушает доверия, поскольку до сих пор не получило приемлемого научного объяснения, а главенствующей религией вроде бы отвергается.
В нём есть влекущая любителей таинственного загадка и, одновременно, – обыденность. Ведь сколько людей искренне убеждены, что умеют…
В свою очередь, многие из тех, кто имеет некоторое представление о лозоходстве, убеждены, будто метод доступен лишь избранным. «Избранных», однако, в последнее время появилось до странного немало… Другая крайность – полагать, что любой человек в состоянии с лёгкостью его освоить.
Насколько соответствуют действительности эти точки зрения?
Любое «пограничное умение» – в том числе лозоходство – может иметь множество обличий. Оно одновременно и суеверие (даже бесовщина, если человек слаб), и нечто, доступное лишь избранным, и то, что по силам освоить всем и каждому.
Каждое из утверждений по-своему правильно, но… для разного времени, для разных обстоятельств, для разных культурно-исторических ситуаций.
Лозоходство может быть названо суеверием, если рассматривать его как нечто сверхъестественное и идущее не от бога. Лозоходство можно назвать бесовщиной (да и то с известной натяжкой) только с узкодогматической точки зрения. Но с тем же успехом бесовщиной можно назвать многое вокруг нас: всё зависит от нашего отношения к вещам и от степени нашей зависимости от них. Ножи и автомобили, книги и песни, напитки и компьютеры. Все они опасны. Или могут стать опасными, если попадут в неумелые или недобросовестные руки.
Лозоходство и в самом деле доступно лишь избранным – как любое занятие, требующее самоотверженности и усилий в деле достижения мастерства. Но при этом овладеть им по силам каждому, поскольку основа лозоходства – естественная способность получать информацию из окружающего мира, свойственная всем живым существам.
Иными словами, лозоходство – объективно существующая реальность, которую мы понимаем и осмысливаем в меру своих возможностей и мировоззренческой позиции.
Считаю своим долгом выразить безграничную благодарность Т. В. Фаминской, которую по совести следует считать полноценным соавтором этой книги, а также хорошему человеку и большому мастеру и хорошему человеку А. В. Русю, познакомившему меня с Великим Искусством Лозоходства.