Тогда взойдет, как заря, свет их, чтобы озарить очи и парить в зеркале [восприятия], узрев сияние. Не постигнет праведника никакое зло, [дабы] постигнуть чистые речения, что исходят от Десяти Сфирот (עשר ספירות).
Эта книга была сокрыта и запечатана в моих сокровищницах. Уже несколько лет сыны моего народа теснили меня, чтобы напечатать её. Но я не соглашался, ибо с дней моих я никогда не отступал от своего слова, чтобы не говорили, что я противоречу себе.
[Я не соглашался] до тех пор, пока не увидел я два доказательства: во-первых, уже была напечатана большая часть по содержанию и по счёту в книге, именуемой «Образ букв со всего мира», на языке Франции; и во-вторых, я увидел, что эта священная и почтенная книга оказалась в руках бедных [людей], бедных в словах Торы, и они передавали её друг другу, копируя, за большие деньги.
И, безусловно, это копирование – «великий крик и малая работа», потому что ошибка следовала за ошибкой, так что заблуждение стало преобладать над основным смыслом без всякого исследования. И из-за этого, не дай Бог, можно было бы «обрезать насаждения»*.
Я увидел и исследовал, и тщательно изучил ту книгу, которая у меня в руках, [чтобы понять], исправлена ли она. Я раздал много денег, чтобы мне одолжили две книги из других стран, и я увидел в них, что моя книга была отцом для всех, и все они были скопированы с моей книги. Я показал это как доказательство сынам моего народа.
И подписал её младший [из них], Элиэзер, сын нашего господина и учителя, раввина Иегуды, который получил учение «Маасе Меркава» (Дело Колесницы) от нашего раввина Иегуды Хасида, который получил от своего отца, нашего раввина Шимона Хасида. И, безусловно, он сам был корректором, и также подписал её наш великий учитель раввин Таэбли, из жителей Земли Оленя [Израиля], чьё имя было известно от края мира до края его.
И, конечно, эти [люди] не переходили бы запрет «не допусти, чтобы в твоём шатре обитало нечестие»*. Это тот, кто держит в своём доме книгу, которая не исправлена.