С этими словами двойник рассыпался в прах вместе со своим Каталогом. Сила, сковывавшая Кэлена, исчезла, и его двойник тоже испарился.
Кэлен, тяжело дыша, посмотрел на Элиана с новым, безмерным уважением. «Я бы не смог…»
«Каждый сражается своим оружием, – сказал Элиан. – Ты – действием, я – памятью». Он повернулся к Лире. «Врата. Где они?»
Лира, все еще дрожа, указала на самую большую руину – на полуразрушенный дворец с огромной аркой. Внутри арки теперь плескалось не сиреневое небо, а зеркальная поверхность. «Они открыты. Сад ждет».
-–
ГЛАВА 6: ЯЗЫК УГАСШИХ ЗВЁЗД
Врата Отражений перенесли их в место, не подчинявшееся никаким известным законам. Сад Геометрических Снов был пространством чистой математики. Деревья здесь были сложены из фрактальных спиралей, реки текли по идеально прямым каналам, а цветы распускались в виде совершенных многогранников. Воздух звенел от тихой, нечеловеческой музыки вычислений.
«Здесь нельзя лгать, – предупредила Лира. – Все подчиняется логике. Даже наши мысли.»
Они шли по дорожке, выложенной золотым сечением, и чувствовали, как их собственные разумы начинают упорядочиваться, эмоции отступают, уступая место холодному расчету.
«Сердце Левиафана находится в центре, – сказала Лира. – Но чтобы добраться до него, нам нужно решить Задачу Сада.»
Центром Сада оказалась гигантская шахматная доска, парящая в воздухе. Фигуры на ней были абстрактными формами, постоянно меняющими свои свойства. По ту сторону доски стоял Хранитель – существо, похожее на ожившую геометрическую теорему, сияющий каркас из линий и углов.
«Я – Аксиома, – прозвучал безголосый голос в их разумах. – Чтобы пройти, вы должны выиграть. Правила определяются по ходу игры.»
Они поняли, что играют не друг против друга, а против самого Сада. Каждый ход был логической задачей. Иногда нужно было пожертвовать фигурой, чтобы сохранить целостность структуры. Иногда – нарушить симметрию, чтобы создать новую гармонию.