Повернувшись лицом к мужчине, я обворожительно улыбнулся, помахав в воздухе папкой, которая, еще несколько секунд тому назад лежала в ящике его стола. На лице мужчины промелькнуло выражение бесконечного удивления, сменившееся привычной для него добродушной улыбкой.
– Чертов иллюзионист! В тебе явно умер карманник. Как ты это провернул?
Прикрыв дверь, ведущую в коридор, я вопросительно взглянул на еврея.
– Я не раскрываю своих секретов, мой друг, – улыбнулся я одним уголком губ. – Сам расскажешь, или мне заглянуть в папку?
Блондин стянул с волос полотенце, и расправил спутанные блестящие пряди по голове. Завиваясь, волосы обрамляли суровое мужественное лицо, спускаясь до плеч.
– Ты, вероятно, знаешь, что в Азиатских странах, у меня множество осведомителей. За определенную плату они связываются со мной, в случае, если появляется новая ценная информация.
Я согласно кивнул, внимательно слушая рассказ друга. С моего лица исчезла легкая усмешка, которая была моим неизменным спутником, подобно большим очкам в роговой оправе. Лицо мое приняло заинтересованное и серьезное выражение.
– Так вот, сегодня ночью со мной связался один из таких осведомителей, – продолжил свой рассказ Алан. – Мьянманец по имени То Шейн. Он сообщил мне о том, что в закрытом регионе Могок, где как тебе известно, находится одно из крупнейших месторождений шпинели в мире, был найден камень-близнец одного из самых известных «рубинов» в мире.
Я в изумлении опустился на крутящийся стул, напротив блондина и тихо произнес:
– Неужели ты говоришь о камне из короны Российской Империи?
– Именно, – ответил блондин, кивнув.
– Тогда почему ты все еще здесь? А не летишь первым же рейсом в Мьянму? – удивился я. – Неужели тебя останавливает то, что Могок является регионом, в который закрыт вход даже ученым?
Алан покачал головой.
– Мой осведомитель живет в этом регионе, и вероятно найдет способ провести туда одного человека, – подняв руки, мужчина сцепил их на затылке и принялся покачиваться на стуле. – На мой взгляд, полученная мной информация хоть и является весьма интересной, но предназначена не для меня.
– А для кого же?