Но задача критика не в том, чтобы убить тебя.
Он просто не знает другой формы заботы.
Он охраняет – через обесценивание.
Раненый ребёнок
Он не говорит. Он чувствует.
И эти чувства бесконечны, потому что остались без ответа.
Когда ты страдаешь без причин,
когда в тебе – волна боли из ниоткуда,
когда мир кажется небезопасным просто потому что он есть —
говорит он.
Он – не слабость. Он – ты, которого не обняли.
Он – ты, которого не поняли.
Он – ты, которого наказали за чувства.
И теперь он – твой внутренний фон,
на котором происходит вся жизнь.
Молчун
Ты хотел кричать.
Но научился молчать.
Этот голос – даже не голос.
Это тишина, которая звенит между словами.
Когда ты снова не говоришь правду.
Когда ты снова улыбаешься, хотя болит.
Когда ты снова говоришь «ничего» – а внутри рушится всё.
Он был создан, когда правда стала опасной.
Когда слово могло лишить тебя любви, защиты, принятия.
С тех пор он охраняет тебя молчанием.
Но плата – одиночество, даже среди близких.
Потому что никто не знает, кто ты.
Спасатель
Он делает всё. Для всех. Без остатка.
Он знает, чего хотят другие —
но не знает, чего хочешь ты.
Он – любимец. Его хвалят, ему доверяют.
Но он не может остановиться.
Потому что, если он перестанет спасать —
может оказаться ненужным.
Этот голос возник, когда ты понял:
любовь – это сделка.
Ты не получишь её просто так.
Нужно заслужить. Отдать. Спасти. Стерпеть.
И ты стал сильным. Чрезмерно.
Ты научился тянуть – чужие судьбы, чувства, боли.
Но забыл тянуть свою жизнь.
Бунтарь
Он идёт против всех. Он разрушает. Он не верит.
Он отрицает – чтобы не быть втянутым.
Он первым уходит – чтобы его не бросили.
Но за этим протестом – не сила, а боль.
Он был создан, когда ты устал быть хорошим.
Когда ты понял, что подчинение – это исчезновение.
Он родился как ответ на попытку тебя сломать.
Он разрушает, потому что никто не показал, как строить.
Он отрицает, потому что никто не поверил в твоё «да».
Бунтарь не враг. Он – отчаянный крик:
я хочу жить, но не так.