Один писатель, книги которого Элен любила, в интервью рассказывал о своём режиме работы. Он писал рано утром, до того как мир проснётся, до проверки почты и соцсетей. В эти часы его ум был свеж, не замутнён информационным потоком дня, и доступ к интуитивному источнику был наиболее прямым. Он описывал это как время, когда граница между сознательным и подсознательным наиболее проницаема, когда сны ещё близко, а рациональный контроль ещё не полностью включился. В такие моменты слова приходили легко, история текла естественно, он просто записывал то, что видел внутренним взором.
В кинематографе режиссёры, создающие значимые работы, часто говорят о видении фильма целиком прежде, чем начинают съёмку. Они видят не только сюжет, но и атмосферу, эмоциональную текстуру, даже конкретные кадры. Процесс создания фильма становится воплощением этого интуитивного видения. Конечно, в процессе съёмок многое меняется, возникают неожиданные находки, но центральное видение остаётся компасом, который направляет все решения. Фильмы, которые трогают миллионы людей, обычно рождаются именно из такого глубокого интуитивного видения, а не из расчёта на кассовые сборы или следования формулам успеха.
Элен вспоминала фильм, который глубоко повлиял на неё. Режиссёр рассказывал, что идея пришла к нему после смерти близкого человека. Он не планировал делать фильм о смерти и утрате, но образы и сцены начали возникать в его сознании, настойчиво требуя воплощения. Он отдался этому процессу, доверяя интуиции больше, чем коммерческим соображениям. Результатом стал фильм, который не имел коммерческого успеха, но стал культовым, потому что говорил о человеческом опыте с такой глубиной и честностью, что люди узнавали в нём свою собственную боль и путь через неё. Это было возможно только потому, что режиссёр работал из пространства интуитивной истины, а не из желания создать успешный продукт.