Однажды девушка на семинаре по преодолению гнева рассказала случай, когда ей удалось справиться со своей яростью. Она шла по улице в хорошем настроении, переходила дорогу и нечаянно задела старушку, которая шла рядом, плечом. И тут же хотела извиниться, но не успела – разгневанная бабушка толкнула ее в спину. Чувствуя сильное негодование, девушка обернулась. И увидела то же, что увидел Арджуна в глазах Кауравов, – злость, готовность сражаться, остервенение. И в тот же миг к ней пришло понимание того, насколько плохо должно быть этой старушке, если даже малейшее недоразумение вроде легкого толчка вызвало в ней такой сильный гнев. И тогда ее собственный гнев сменился на сострадание. Она искренне извинилась, и ее извинение попало старушке в самое сердце, и слезы потекли из ее глаз. И вот они вместе шли, плакали и жаловались на судьбу. Такая же перемена произошла в Арджуне: увидев воинственные взгляды, он решает, что не готов уподобляться своим родственникам.
Мы трактуем боль, с которой Арджуна воспринимает грядущую смерть родных и близких как сострадание. Но представьте себе Майка Тайсона, боксера-профессионала, занесенного в Книгу рекордов Гиннесса за самые быстрые нокауты в истории бокса, который выходит на ринг под восторженные возгласы толпы. Представьте, что вместо того, чтобы вступить в поединок, он вдруг сбрасывает перчатки и говорит, что не готов навредить своему противнику даже за пояс чемпиона мира.