мы будем иметь дело с разнообразной (иногда причудливой, «барочной») морфологией йоги.
Бессмертие и освобождение
Термин йога, в его техническом значении, впервые встречается в «Тайтирия-упанишаде» (II, 4: йога атма) и «Катха-упанишаде» (II, 12: адхьятма йога). Но практика йоги заметна и в древнейших Упанишадах. Например, отрывок из «Чхандогья-упанишады» (VIII, 15: Атмани сарвендрияни сампратиштха, «концентрация всех чувств на «Я») позволяет нам сделать вывод, что речь идет о практике пратьяхары; аналогичным образом, пранаяма часто упоминается в «Брихадараньяка-упанишаде».
Согласно учению Упанишад, знание приносит освобождение от смерти: «Ведите меня от смерти к бессмертию!» «Те, кто это знают, обретают бессмертие». Практика йоги, в том виде, как ее трактуют Упанишады, преследует ту же цель. Примечательно, что в «Катха-упанишаде» именно Яма, повелитель царства мертвых, открывает таинства и высшего знания, и йоги одновременно. Басня, использованная в этой ж&упанишаде (на ее создание автора вдохновил эпизод из «Тайтирия-брахманы») – оригинальна и загадочна: молодой брахман Начикет спускается в ад и, убедив Яму исполнить три его желания, просит его рассказать о судьбе человека после смерти. Спуск в ад и трехдневное в нем пребывание являются широко известными инициационными фабулами; яркими примерами последней могут служить античные мистерии и шаманские инициации. Яма открывает Начикету секрет «огня, ведущего в небеса». Огонь этот следует понимать как ритуальный огонь или «мистический огонь», образующийся в результате тапаса. Этот огонь является «мостом к высшему Брахману»» образ моста, часто встречающийся в «Брахманах», встречается и в ранних упанишадах; он также засвидетельствован во многих других культурных традициях и обычно обозначает переход от одного уровня бытия к другому посредством инициации. Но особенно важным является учение о великом путешествии. Яма попытался отвлечь Начикета от его цели, предложив ему множество земных благ, и, не добившись успеха, открыл ему великую тайну – Атмана, которого «нельзя постичь ни учебой, ни интеллектом, ни при помощи предписаний. И постигают его только те, кого он сам выберет». Последняя строка имеет мистическую окраску, которую усиливает ссылка на Вишну в следующей главе. Человек, который владеет собой в совершенстве, сравнивается с умелым возницей, способным укрощать свои чувства: именно такой человек способен достичь освобождения.
Познай свою душу [Атман] как едущего в колеснице.
Тело – как саму колесницу.