–Ты как,– спросил Никита на лежащую на ветке Альку,– Слезть сама сможешь, или прыгай- я тебя поймаю, – предложил он.
–Не, я сама,– она бросила нож на землю. Алина еще немного замешкалась, чтобы развернуться и начала медленно спускаться с дерева.
–Что за игры дурацкие,– сказала она, когда подошла к мальчишкам.
–Спасибо,– Серёга застенчиво пытался обнять Альку, но руки его не слушались.
–Болят? –понимающе спросила она его. Тот кивнул. -Ничего, зато не удавился, ещё неделю поболят – столько держался, молодец- подбодрила она его.
…мы просто играли в лесных разбойников, вот у всех веревки- типа лассо для поимки врагов… – сказал один из ребят…
–Я и не думал, что кто-то сейчас играет в разбойников,– удивленно сказал Никита, -а говорят, что все сидят в гаджетах,– добавил он,– хотя, учитывая, что произошло, там безопаснее.
Ребята немного успокоились и уже гладили Цезаря и Пегасика.
–Ну, поехали отсюда,– сказала Алина, – там, наверное, мама твоя места себе не находит.
Мальчишки запрыгнули на заднее сидение, Цезарь с котом, довольные сидели у ребят на руках.
–О! Сеть появилась, сказал один из мальчиков и протянул телефон Серёже, но тот не смог взять в руки телефон, так болели руки, поэтому звонил один из мальчиков и держал телефон у его уха.
–Мам, все нормально, нам помогли,– хрипло говорил он в трубку… ждите нас при выезде из леса, мы уже едем.
Когда Никита выезжал из леса, Алина увидела, что им на встречу едет скорая и еще две машины, в одной из них, по всей вероятности, была и мама мальчика.
Все остановились и вышли из машин, родители Серёжи бросились к нему…. а мальчишки виновато стали рассказывать, что произошло. Врач со скорой осматривал Серёжу, ему сделали кой-то укол, видимо, чтобы облегчить мышечную боль от спазм…
Цезарь с Пегасом радостно бегали вокруг.
Как оказалось, родителей мальчика привезли друзья. Все присутствующие, узнав из рассказов пацанов, как было дело, с благодарностью обращались к Алине и Никите.
–Да я что, это вот она всё,– говорил Никита, – и на дерево полезла, и веревку перерезала, и мне командовала что делать,– честно говорил он.