А когда включился магнит Близнецового пламени, мы с Мишей попали в капкан – и у обоих проявилась сумасшедшая ревность. Неконтролируемые, сильные чувства делали нас уязвимыми, мы хотели их заблокировать, но не получалось, поэтому вели себя непоследовательно: были то близкими и теплыми, то далекими и холодными – это оказалось капец как стрессово, трудно было сфокусировать на учебе или чем-либо другом, мысли возвращались только к объекту всепоглощающей страсти.
Желание контролировать своего партнера – еще одно проявление страха уязвимости. Я много лет винила себя в том, что вела себя с Мишей, как одержимая: проверяла телефон, требовала отчетов, стремилась влезть в его голову и управлять его действиями. Но Мише и самому это было важно – так он чувствовал себя нужным. Он проигрывал историю гиперконтроля не только со мной, но и с Аней.
Многие годы я думала, что объективно смотрю на мир и принимаю разумные решения. Я пыталась полагаться на Разум и в отношениях с Мишей, но этим делала только хуже. Я не видела себя по-настоящему. Не понимала, что на самом деле чувствую. Я ходила в броне. Я носила маску. Я выпячивала свою непробиваемость, бесстрашие, наигранную уверенность. Причем не снимала доспехов даже в отсутствие зрителей.
“Уязвимый” – значит “такой, которого легко ранить, уязвить, обидеть; имеющий слабости, недостатки, за которые легко упрекнуть; неспособный выдержать удар, оказать нужное сопротивление”. Получается, любой мог бы меня ранить, если бы я не надела этот защитный панцирь? “Он у тебя появился еще до рождения, и им можешь управлять только ты сама”, – заключили мастера, к которым я обращалась с просьбой помочь мне разблокировать свои чувства.
✻ ✻ ✻
Шекспир еще в 16 веке сказал: “Вся наша жизнь – игра, а люди в ней – актеры”. Он точно имел мощный канал связи с Творцом и видел мир шире, чем многие из нас.