На Земле нет ни одного человека, кто не был бы должным другому (Рождение), и на Земле нет ни одного человека, кто не был бы должным Богу (Творение)
Насколько каждый из нас нужен Богу? Скорее, всего, это головоломка для материалиста, пусть даже он и покрыт пеленой религиозных суждений, в которых вся его правда удобна лишь ему. Материалистом может быть и «верующий» человек, потому как иные люди принимают Религию, как промысел, а не как призвание.
Насколько каждый из нас нужен Богу? Этот вопрос не должен истолковываться человеком. Представьте себе, как атомы человека перебирают в брани степень принадлежности (каждый свою) к естеству его цельной и неразделимой плоти.
Насколько каждый из нас нужен Богу? Сможет ли любящий родитель отдалить от себя одного из своих отпрысков, лишь потому, что последний не вписался в сценарий жизни, спроектированный родителем? Нелюбящий родитель, может. Любящий же, видит в каждом своём отпрыске своё продолжение. Каким бы оно не стало в процессе своего взросления. Отторгнуть от себя своё создание, всё равно, как отсечь себе любой, необходимый для полноценной жизни член и убедить себя в его физиологической непригодности.
* * *
Я всю жизнь живу открытой душой, как и многие люди на Земле. Но люди бывают разные, и каждый со своими причудами. И представьте себе, когда в «открытые двери» души человека несут всё подряд, и он принимает всех, как друзей, и добрых и злых, и открытых и скрытных людей. Это из разряда сказок. Да, сказочник я хороший. Ну, вот такой, какой есть. Но, только объясните, – как с этим жить?
* * *
Кому я был когда-то дорог,
Быть может так слегка, чуть-чуть,
По крайней мере, слово ворог,
Навряд ли скажет, кто взглянуть
Решится на сие послание,
В одном листе вся жизнь моя,
Судьбы глотаю я изгнание,
Не понимая – жил когда?
Тогда ли, где в раю был в детстве?
Иль в том раю, где милой пыл
Мне заменял все жизни средства?
Всё вспоминаю, – я ли был,
Счастливой доли странный путник,
Что жизнь свою прожил, любя?
Мой счастья пыл вместился в сутки,
Что выкрали любви года.
* * *