– Это не дядя, это просто большой мальчик. – независимо пробурчал Володя и не двинулся с места.
Стыд и позор! Я стоял возле здания стационара и мысленно чесал в затылке. Я не знал ставшего теперь своим домашнего адреса! Совсем забыл потихоньку выпытать его у Зои Владимировны. Как же мне теперь быть?
Я глянул на оставшиеся позади больничные двери и не спеша пошел вперед, решив положиться на случай. Мне предстояло теперь совершить много подобных промашек, пока я полностью войду в жизнь незнакомой мне семьи.
Занятый своими мыслями я не сразу обратил внимание, что меня настойчиво окликает какая-то молоденькая девица, пока рассерженная представительница женского подрастающего поколения не догнала меня и не стукнула кулачком по руке.
– Ты что, Соколов, совсем оглох? – рассерженно спросила она.
– Извини! – пробормотал я. – Задумался.
– Где ты пропадал в последние дни? – все так же строго продолжала юная девица.
– Как где? – переспросил я. – В больнице.
– А что ты там забыл?
– Болел.
– Чем болел?
– Упал с мотоцикла.
– Сильно разбился?
– Порядочно.
– Откуда сейчас топаешь?
– Из больницы.
– Куда идешь?
– Никуда, – я постепенно стал злиться. – Просто гуляю.
– И долго ты намерен гулять?
– Это что, допрос? – не выдержал я. – Отвяжись, худая жизнь!
– Ну и подумаешь! – девица гордо вздернула свой носик – Гуляй дальше себе на здоровье.
И она упорхнула, оставив меня во вполне понятном раздраженном состоянии. Поговорили называется. А тебе, Ведунов,… нет, парень, пора тебе отвыкать. Иди теперь и вдалбливай себе в память – Соколов Андрей Игоревич… А что?! Звучит тоже не плохо.
Гулять по Дудинским улицам мне пришлось больше двух часов. Но стоило мне задуматься на несколько минут, как ноги сами принесли меня к знакомому и такому родному недавно своему подъезду.
Я смотрел на знакомые ступеньки и не знал, плакать мне или смеяться. Выручила меня из этого дурацкого положения опять-таки Зоя Владимировна.