Алекс Ра слушал внимательно. Он знал эту тревогу. Это была не слабость. А сила, которой ещё не научились владеть.
– А что будет, если ты не сбежишь? – спросил он.
Она молчала. Потом выдохнула:
– Я боюсь стать слишком… захваченной желаниями.
– Расскажи про свою фантазию, – тихо сказал он. – Ту, о которой никому не говорила.
Женщина опустила глаза.
– Я представляю… что кто-то держит меня за волосы. Он тянет меня назад. Сила. Напор. Он входит в меня, и я чувствую: он ведёт. Я сдаюсь. Я не контролирую…
– И что тогда? – спросил Алекс.
– Тогда я… свободна.
Они спустились в Пещеру Шёпота. Женщина легла на округлый камень, похожий на древнее ложе. Там, среди свечей, она погрузилась в свою фантазию.
Её тело трепетало. Сначала от страха. Потом от возбуждения. Потом пришло тепло. Она почувствовала себя той, кого берут. Кто может отдаться. Кто больше не боится потерять лицо, потому что в этом лице наконец проявилась страсть. Она дрожала. Плакала. Смех сменялся рыданиями. И потом… её тело стало тихим. Живым. Доверчивым.
– Когда ты позволяешь себе быть увлечённой, – сказал Алекс Ра, – ты не теряешь себя. Ты наконец находишь себя.
С тех пор она не боялась чувствовать. Она стала свободнее и ярче. Женщины слушали её и говорили: «Ты такая сильная. Но рядом с тобой спокойно». А мужчины… Они влюблялись в неё. Потому что она больше не прятала свой огонь.
Связанная, чтобы освободиться
Она пришла не с вопросом, а с просьбой:
– Алекс, ты можешь… связать меня?
Он не удивился. В Башне нередко звучали слова, которые вне этих стен казались бы странными, но здесь были правдой.
Она была сильной. Слишком сильной. Рядом с ней мужчины сжимались, как будто её свобода их пугала. И она сама уже не знала, как быть. Она умела вести. Умела хотеть. Но не умела сдаваться.
– Мне снится сон, – сказала она. – Меня связывают. Я голая. Лежу на спине. Не могу пошевелиться. И сначала я боюсь… Но потом приходит кто-то. Он касается меня. Входит. Я всё чувствую. И я свободна.
Алекс Ра молчал. Он знал, что это не игра. Иногда тело хочет того, чего боится голова.