9
Как быстро летит время! Минуло уже более года, как я покинул родные края.
Наступил весенний месяц авив, вновь приближался Пасех. Много паломников уже скопилось в Иерусалиме, народ толпился возле храма и гадал: придет сюда Иса или не придет?
А Иса за шесть дней до начала праздника переменил место обитания и разместился в городе Наин в доме фарисея Шимуна, принявшего учение Исы. За учителем, приготовив ему ужин, ухаживала Марьям Магдала – прощенная Исой блудница.
Марьям принесла алебастровый кувшин, в котором хранила «драгоценное миро» – особое благовонное масло, доставляемое в Яхудею из далекого Хиндистана. Бывая в стране слонов и махараджей, я тоже в свое время его закупал. Это масло выжимается из корней нардового цветка и стоит баснословных денег. Как оно попало к Марьям? Наверное, собирала капля по капле в течение многих лет. И вот сейчас, обихаживая своего спасителя, благодарная Магдала оросила слезами ноги учителя и омыла их ароматным миро, не пожалев единственного сокровища, которое у нее было. А потом обтерла ноги Исы своими роскошными рыжими волосами. Воздух наполнился приятным благовоньем.
– Это масло стоит триста динариев, – сокрушался один из учеников Исы Яhуд Искариот. – Лучше было продать его и раздать деньги нищим.
Искариота поддержали и другие шакирды. Когда я узнал об этой истории, грешным делом тоже подумал, что миро излито напрасно. Шутка ли, 300 динариев! Да мне целый год нужно ловить и продавать рыбу, чтобы накопить такую огромную сумму, но ее с лихвой хватило бы на мое возвращение на родину. Каюсь, я подумал, что деньги эти можно было не только нищим раздать, но и мне. Потом бы я их вернул.
Никто тогда еще не знал, что Искариот – вор, не о бедняках он пекся, а о собственном кармане. Это лишь потом выяснится, что Искариот, будучи хранителем общественных денег, десятую их часть присваивал себе.
Иса же сказал:
– Не упрекайте Марьям, она обмазала меня маслом для моего погребения. Нищие всегда будут с вами, а я вот не всегда.
Иса здесь прямо говорил о скорой своей смерти, он чувствовал ее неумолимое приближение, более того, он как будто сам искал ее и покорно шел в ее когтистые объятия. Желая принести свою жизнь в добровольную жертву, он словно подавал миру какой‑то сигнал. Но какой? Мы долго размышляли над этим с Аристофаном, но так ни к чему и не пришли. Все были заняты приготовлением к празднику, и мало кто об этом задумывался.
Иса все же появился в Иерусалиме, куда приехал на молодом ослике. Его сопровождала огромная толпа, в которой был и я со своим другом еллином.
– Благословен, царь Исраила! – восторженно возглашал народ осанну59и осыпал учителя пальмовыми ветвями.
Ису встречали, словно царя, хотя он приехал не с грозным мечом в руках в боевой колеснице, как взъезжали в Иерусалим другие правители, а скромно и вполне мирно верхом на осле.
– Сбылось пророчество Закария60 – сказал Аристофан, проштудировавший все яхудейские книги.
Фарисеи злобно скрежетали зубами, но боясь возмущения народа, не смели задерживать учителя.
– Ты знаком с Филипом?61 Он, кажется, из Байтсайды? – спросил меня мой товарищ.
– Да, я знаю его, это один из шакирдов Исы.
– Можешь меня с ним свести?
– Конечно. А зачем он тебе?
– Мои соплеменники еллины хотят с ним познакомиться, а через него выйти на Ису.
– А почему именно через Филипа?
– У него еллинское имя, с ним легче будет договориться.
– Но Филип не еллин, а яхудей, такой же простой байтсайдский рыбак, как Кифас и Андри.
– Тем лучше, веди меня скорее к нему!
Я познакомил Аристофана и его сородичей с Филипом, а он подвел их к учителю. Наконец‑то, учение Исы заинтересовало и еллинов – этих вечных искателей истины!
Но только учитель начал проповедь, как грянул гром и с неба послышался глас «Прославлю имя твое!» Честно говоря, никакого голоса я не слышал, потом я спрашивал Аристофана, он тоже ничего такого не слышал. Однако шакирды Исы уверяли, что во время грозы сверху отчетливо раздался какой‑то голос, и это был якобы глас ангела Господня.
– Не для меня глас сей, а для народа, – промолвил Иса. – Знайте, скоро побежден будет Князь тьмы, мне же предстоит вознестись от земли.
Учитель снова предвещал свою скорую погибель.
– Я пришел, чтобы принести свет в мир, кто поверит мне, не останется во тьме. Веруйте в свет, да будьте сынами света! А ежели кто слышит меня да не верит, я не сужу его, ибо пришел я не судить мир, а спасти его, – произнеся эти напутственные слова, Иса по обыкновению своему быстро растворился в толпе.
Как не ломали мы головы с Аристофаном, так и не поняли, каким образом будет побежден Князь тьмы и почему учитель должен погибнуть. Но нам почему‑то показалось, что между этими двумя событиями – предполагаемым падением Иблиса и предвозвещенной смертью Исы должна существовать какая‑то причинно–следственная связь.