1.1
Всё шло из детского сердца, с лёгкой руки бабушки, через свой опыт чувствования Бога в период горячей веры, к спокойному и убеждённому созерцанию, никогда не нарушаемому отклонениями извечного человеческого любопытства.
А вообще я немного вольнодумец в религии.
Самое большое наслаждение для меня – размышлять в тишине, что всегда даёт хорошие плоды. Задаю себе вопросы, отвечаю на них и явственно ощущаю – меня кто-то слушает. Чувствую, что каждое слово, звук или движение отдаются во Вселенной.
Линия жизни похожа на кардиограмму.
Грусть, с которой я давно свыклась, морально устарела. Она была хороша для молодости, прелестно её оттеняла, но теперь, к концу жизни, захотелось простой радости, я просто физически соскучилась по ней.
Находясь здесь и сейчас, в точке бытия единовременного времени, если можно так выразиться, я знаю, что не случайно попала в это место.
И ещё я поняла, что у Господа желательно ничего не просить (это не значит, что нельзя). Он обязательно даст, но может случиться, что ты к этому не готов. Надо просто делать свой выбор, размышляя, слушая сердце, совесть, внимательно присматриваясь к обстоятельствам.
Если не поддаваться унынию, то тем ярче засияет потом солнце.
Мне суждено жить среди людей с местечковым сознанием, приспособивших веру к своим чисто обывательским интересам.
Наверно, чем сложнее у человека натура, тем более причудливыми путями жизнь ведёт его к счастью. Главная задача при этом – не упираться.
Со временем понимаешь, что лучше всего, когда легко скользишь между миром и вечностью.
Мне кажется, что с годами я всё больше приближаюсь к балансу внешнего и внутреннего. Оказывается, в литературе это называется «семантика».
Закопают, и всё. Но тем удивительнее, в противовес этому, проявления человеческого духа.