После такого удара каган уже не смог оправиться. Он переселился на один из островов возле Астархана. Вскоре его первый визирь, а по совместительству председатель Всемирной торговой организации рахдонитов, сам стал государем. А Великий каган хазар постепенно скатился до начальника гвардии на службе у малеха. Так Хазарский каганат превратился в Атильское царство. А войско «золотых» алан стали укомплектовывать гулямами. Воинами, попавшими в рабство. Или наемниками с юга.
– Ну и как? Дождались деревенские «золотых чаек»? – спросил Рыжий. Он долго поглаживал усы, усваивая рассказ от Алана.
– Дождались, – угрюмо ответил Сивый. – Они хотели забрать всех детей не старше двадцати. Семь девушек и пять мальчиков. Всех!
Мужчины снова помолчали. Жестокость торговцев людьми задевала некую тонкую струну в их душах, давно потерявших чувствительность на войне. Каждый думал о своем.
– Я предложил уряднику двадцать золотых монет. Тех, что я заработал за год войны. Этого должно было с лихвой окупить долг деревенских жителей. Но спесивый пес рассмеялся мне в лицо и нагло велел не вмешиваться.
– Ха. На рынке Багдада они получили бы эти деньги за одного. А за девственниц намного больше, – прокомментировал их отказ Алан.
– Зря он не взял мои золотые. Гусь всегда бьет чайку, хоть и покрытую золотом, – усмехнулся Сивый.
– Только если не нарвется на стаю. Сколько же их было? – с любопытством спросил Алан.
– Всего пятеро. В одного я метнул нож, к другому вскочил сзади на коня и свернул шею. Еще двух положил на мечах. Но один ушел.
– Четыре волка, четыре воина: Один давал тебе знак, – подытожил Рыжий.
– Да я так и понял.
– Ну а дальше то что? – спросил Алан.