что они такой спокойный и хладнокровный народ.
… И только спустя некоторое время я с ужасом вспоминаю, что я не отправила домой телеграмму со стандартным текстом: “Добралась нормально. Целую, Мама”. Они же теперь там с ума сходят от беспокойства. У Арво запиликал мобильник. Он поднял трубку, сказал что-то на финском, а потом передал телефон мне:
— Это вас.
— Викка? Вас беспокоит Хелия. Дело в том, что ваши домашние переживают по поводу вашего молчания. Я отправила им телеграмму от вашего имени о том, что у вас все благополучно.
— Спасибо… — шепчу я.
— Не стоит. Когда вы прибудете на место, Викка, у вас будет возможность связи с вашими близкими…
— Замечательно. Хелия, а как вы догадались, что меня собираются взорвать?
— Я хороший административный помощник, госпожа Викка.
— Тогда, возможно, у вас есть версия, кому это было нужно?
Хелия спокойно дышит в трубку. Потом я слышу ее рассудительный голос:
— Двадцать три процента против Госпожи — это ведь немало… врагов и завистников.
— Кстати, Хелия, а за кого голосовали вы?
— Госпожа Викка, в силу занимаемой мною должности я не имею избирательного голоса. Но с вами мне приятней работать, чем, например, с мистрис Кидман. По слухам, она слишком капризна и пропагандирует нетрадиционную сексуальную ориентацию. А Госпожа Шабаша должна быть безупречным работником со стабильными этическими императивами.
— Хорошо, Хелия. Я учту. Еще раз благодарю за телеграмму.
Она отключилась, я передала Арво мобильный. На душе стало поспокойнее: теперь мои знают, что с их мамой-ведьмой все в порядке.
В относительном порядке.
* * *
Первую после Хельсинки большую остановку Арво сделал в городке Йювяскюля: нужно было отдохнуть и машине и нам. Потому что у меня уже подступала к горлу тошнота и плясали мальчики кровавые в глазах, едва мы с ревом проносились мимо очередного щита с надписью типа “Vaarallmen mutka!”, хотя это всего-навсего было предупреждение о предстоящем крутом повороте.
В маленькой гостинице я смогла наконец впервые за изматывающие часы “автомобильного ралли” как следует выкупаться и заказать нормальную еду, а не ту жареную ряпушку, которой торговали на автобане и от которой все время хотелось пить.
— С вашего позволения я взял номер на двоих, — спокойно и рассудительно сказал Арво. Он вообще был немногословен. Насколько я поняла, немногословность-его национальная черта. — Нам лучше держаться вместе на случай непредвиденной опасности или очередного покушения.
Я в этот момент доедала курицу под сливочным соусом и думать о покушениях мне совсем не хотелось.
— Арво, — вытирая пальцы салфеткой, протянула я. — Делайте, что хотите. Можете выставить какую-нибудь магическую защиту по периметру комнаты. Можете даже под предлогом защиты моего тела от нападения и расчленения забраться в мою постель Только дайте мне выспаться, а?
С этими словами я, нимало не смущаясь присутствия мужчины (он же финн, а финны отличаются редкостным хладнокровием и выдержкой!), стянула с себя купальный халатик и с наслаждением рухнула в податливую мякоть полосатой перины. И через минуту спала.
И конечно, не видела, как Арво, опасливо поглядывая в мою сторону, бесшумно открыл баул с моими вещами, вытянул оттуда некую интимную часть моего белья и прикрепил к ней нечто, напоминающее клык животного. Или коготь. Я не могла точно разглядеть — я же спала…
Утром мы снова были в дороге. На север, на север, в места, облюбованные древними шаманами и современными ведьмами!
Я только успевала читать названия населенных пунктов, мимо которых мы проносились: Куопио, Ийсалми, Канани, Суомуссалми, Куусамо, звучащие словно слова какого-нибудь древнего шаманского заклятия..
Финляндия, безусловно, страна дивной природы, но, к сожалению, я уже перестала чувствовать себя туристом, которому предоставлена возможность этой самой природой вдоволь налюбоваться. Арво все время торопился и, если мы останавливались в каком-нибудь местечке, не давал мне даже лишних пяти минут, чтобы зайти в лавчонку или на рынок и купить сувениры.
— Арво, вы просто садист, — жалобно говорила в таких случаях я. — Какая разница, прибуду я в Трибунал часом раньше или часом позже?
— У меня задание, — мигом прекращал все мои стенания потомок колдуна Рауда.
— Какое? Убить меня этой бешеной гонкой?
— Нет. Доставить в Трибунал целой и невредимой…. И больше ничего от него не добьешься! Пару раз звонила Хелия, сообщала, что от моего имени отправила моим домашним несколько телеграмм, чтобы они не беспокоились. Со мной-де все обстоит благополучно. Заботливая