Познавать исторический процесс при помощи эмпирического описания не удаётся, поскольку оно бесконечно и рассеянно; оно запутывается в многочисленных переплетениях противоречивых обстоятельств. «Разобрать их и увидеть внутреннюю связь, – полагал Мамардашвили, – невозможно, если не посмотреть глазами каких-то других предметов, которые суть теоретические конструкции»102.
Поскольку мир устроен так, что человек способен его понимать, или познавать, такие конструкции вырабатываются им – с помощью философии. Выше уже шла речь о предельных, или мысленных (сверхопытных) конструкциях – о трансценденталиях. В историософии это – прежде всего предельные представления о человеке; через них вырабатываются представления о социальности.
Социальные формы не могут покоиться на законах природы, на естественных основаниях. Мы не сможем понять социальности, её законов и судеб, если не признаем того, что поскольку человеком per se, как мы видели, следует считать становящееся существо, самосоздаваемое средствами, в природе не существующими, имеющими нравственную основу, то предельное понятие о социальности (множественности) – подразумевает самосозидающееся человечество, или одухотворённую природу.
Поэтому в философском языке понятие «история» имеет особый смысл. Здесь под «историей» мы будем иметь в виду не просто знание о событиях прошлого. Попробуем взглянуть на историю, как на процесс рождения «второй вселенной» – «рукотворного» космоса, противостоящего природному хаосу, процесс, привносящий в эволюцию специфически человеческое качество. Это позволит и вновь подойти к вечно актуальному вопросу о смысле истории.