По возвращении из поместья Заккари мой непутёвый ухажёр с порядком потрёпанным самомнением решил срочно восстановиться в правах на моё внимание к его неаппетитной особе. Представляешь, дневничок, мастер Люк не поленился нанести мне визит прямо в университетском городке. Прикатил туда на громадном фангере, вроде как он тоже потомок древнего рода. Курам на смех, да у нас крутыми тачками вся стоянка при общаге забита. Не учёл наш амбициозный соискатель, в каком заведении я учусь, тут только на моём курсе пятеро деток членов Совета кланов. Люк, разумеется, сразу осознал свой косяк, но сделал вид, что гонять фангер через полстраны – это для него дело обычное, типа, у них в семье так принято.
Ладно, я прикинулась, что не заметила его смущения, и мы отправились в ближайший городок прогуляться. И вот сидим мы в дорогущем ресторане, пьём вино по цене моей двухмесячной стипендии за бутылку, все на нас смотрят как на беглецов из дурки, а мой ухажёр тут заводит разговор про свою семью. Начал-то он вроде бы вполне нейтрально, рассказал, почему его родители расстались, как так вышло, что он практически не общался с отцом, пока тот был жив. В сущности, банальщина, неудовлетворённые амбиции и глупые обиды.
Очень скоро мне сделалось скучно, и я налегла на алкогольное сопровождение этой непрошенной исповеди. А вино-то оказалось с подвохом, ударило в голову и отключило моё здравомыслие напрочь. В итоге, я попыталась вклиниться в муторный поток Люковых откровение, и чёрт меня дёрнул за язык сказать, какой крутой у него братец. Ещё не закончив свой невинный комплимент, я пожалела, что вообще раскрыла рот. Кто бы мог подумать, что в этом интеллигентном юноше может быть скрыто столько желчи. Люк принялся брызгать ядом, что твоя виверна, таких выражений я от него сроду не слышала, а некоторые вообще услышала впервые в жизни.