Вертер так и покатился со смеху от этого пафосного жеста, которым Охотники обычно приветствовали Сабина.
– И оставь эти свои командорские замашки,– приказал он опешившему ученику. – Я тебе не хозяин и даже не командир, а просто учитель. С этой минуты у тебя больше не будет никаких хозяев, даже Демиург или Создатель тебе не указ. Санни этот факт, кстати, больше всего раздражает.
– Значит, защитник может творить всё, что ему вздумается? – не то удивился, не то возмутился Кайден.
– Нет, дружище,– Вертер участливо похлопал ученика по плечу,– у нас с тобой всё же есть начальник, самый суровый и справедливый из всех возможных – наша совесть. Только она имеет право нам приказывать, и тебе придётся научиться слышать эти приказы везде и всюду. Есть, правда, одна сложность,– он вопросительно поглядел на Кайдена, но не дождавшись его версии, продолжил сам. – Голос у совести уж больно тихий, запросто можно не услышать или перепутать его с жарким шёпотом страсти, а то и с шипением гнева. Ты будешь время от времени ошибаться, это неизбежно. Не нужно себя за это корить, просто осознай, что ошибся, и снова встань на верный путь.
Поняв, что встреча учителя и ученика подошла к концу, Кайден заволновался, и Вертер неверно истолковал его нервозность.
– Я знаю, что на Земле за тобой идёт охота,– произнёс он. – Если хочешь, оставайся в моём доме, только не говори Лике, кто ты такой на самом деле, а то она может среагировать не менее эмоционально, чем Волк.
– Нет, я справлюсь,– самонадеянно заявил Кайден,– до сих пор ведь орденские ищейки меня не поймали. Можно задать тебе один вопрос, Вер? – он замолчал, вопросительно глядя на своего учителя, и Вертер сразу догадался, о чём тот сейчас спросит.
– Ты хочешь спросить про Кору,– Вертер отвёл глаза и задумчиво посмотрел на водную гладь. – У неё всё хорошо, можешь не беспокоиться.
– А я могу её увидеть? – последовал следующий вполне закономерный вопрос.