– Это мы уже обсуждали,– отмахнулся Антон. – Возможно, именно твоя ошибка спасла Вертера от развоплощения.
– Тогда где он?! – голос Сабина сорвался на крик.
– Притормози, братишка,– Антон миролюбиво потрепал его по плечу,– возможны и другие варианты. Например, Вер оказался не готов к завершению трансформации, и структура его сознания была разрушена.
– И чем это отличается от развоплощения? – процедил Сабин.
– Возможно, она разрушилась не полностью, но достаточно серьёзно, чтобы помешать Вертеру сохранить осознанность,– Антон продолжил спокойно рассуждать, словно и не заметил отчаяния брата. – Тогда ему может потребоваться больше времени на перевоплощение.
Сабин не стал больше возражать, этот разговор был далеко не первым, и все аргументы были известны собеседникам заранее. Над холмом повисла гнетущая тишина. Каждый из участников пикника думал о своём, и сходились их мысли только в одном, в них не было ни на грамм оптимизма. Первым заговор молчания нарушил Зандер.
– Знаешь, Антон, а я не согласен с твоей фаталистической теорией,– твёрдо заявил он, возвращая разговор к исходной теме,– воля Игроков тоже кое-что значит.
– Разве я с этим спорю? – удивился Создатель. – В Игре всё находится в балансе, свобода воли Игроков уравновешивает предопределённость её сценариев. Сам знаешь, что будет с миром, если одни энергии начнут явно превалировать над другими. Такому миру не выжить, он, как самолёт, взявший слишком большой крен, свалится в штопор.
– Но в случае с Вертером предопределённость откровенно взяла верх над свободой воли,– Зандер внимательно посмотрел в глаза Антону. – Это был сбой программы?