Можешь ничего не отвечать, я и сама знаю, что уже не верю в версию Кайдена про марионетку, не хочу верить, особенно, после признания Алекса. Не думаю, что он врал, перед смертью не врут, по крайней мере, сам он не сомневался в том, что Сабин меня любит. А почему, собственно, это для меня так важно? Я-то ведь его не люблю ни капельки. Или я опять себе вру? Совсем я запуталась, дневничок. Почему ты перестал мне помогать разбираться в себе? Раньше у тебя это отлично получалось. Ну и отправляйся тогда на полку, коли от тебя нет проку. Обойдусь без тебя.
Глава 18
В кафе, куда Кайден зашёл, чтобы прослушать запись на подкинутой рыжим секретарём флешке, было душновато. Монотонные голоса в наушниках наводили скуку и усыпляли не хуже колыбельной. Несмотря на то, что он уже приканчивал вторую чашку крепкого чёрного кофе, веки Кайдена так и норовили непроизвольно сомкнуться, отправив своего хозяина в гости к Морфею. Содержание записи было откровенно бесполезным, хотя и представляло из себя эксклюзив для непосвящённых. Этому рыжему пройдохе каким-то образом удалось установить прослушку в кабинете своего босса и записывать все его переговоры с братьями Ордена.
Наверное, на стороннего человека эти разговоры могли бы произвести шоковое впечатление, но Кайден слишком давно служил Ордену, чтобы ещё сохранять какие-то иллюзии о его методах. Подкуп, обман, манипуляции, всё это было обыденным явлением, правда, на долю самого Кайдена редко выпадали мудрёные операции, о которых на записи бойко рассуждали визитёры Магистра, ему в основном поручали устранение наиболее зарвавшихся врагов Ордена, мешавших его благородной миссии. Орден вообще не слишком заморачивался нравственной стороной своей прогрессорской деятельности, полагая, что цель оправдывает средства. В конце концов, орденское братство никогда и не пыталось прикидываться благотворительной организацией.