Даня ещё несколько дней переживал свой провал. Гном к тому же подливал масла в огонь его самобичевания, обзывая неудачника дезертиром Талаского фронта, а Вертер, как назло, куда-то запропастился и не участвовал в реабилитации своего сына. Только Алиса целыми днями ходила за провалившим свою миссию пророком с утешениями, но это не особо помогало Дане справиться со стрессом. Впрочем, вскоре на острове появился ещё один гость, и это переключило внимание обитателей с печального образа эльфийского страдальца на новый объект. Зандер неожиданно возник на веранде Антонова дома во время вечернего ритуального чаепития, и вид у него был не менее виноватый, чем давеча у отставного пророка. Гном, естественно, не мог обойти своим дотошным вниманием сей очевидный факт.
– О, ты глянь, Лексеич,– безапелляционно заявил он,– кажись, ещё один дезертир объявился.
Зандер, не ожидавший такого приёма, вздрогнул и удивлённо уставился на обвинителя. Впрочем, через секунду стало ясно, что его удивление вызвано вовсе не грубостью коротышки, а, скорее, его проницательностью.
– Похоже, наш веннский Демиург наконец определился со своими чувствами,– резюмировал Антон свои наблюдения за новым гостем.
– Вы что, тут все ясновидящие? – взорвался Зандер. – Да, я понял, чего хочу, мне нужна моя Кора, без неё я не смогу стать настоящим Демиургом веннского мира. И не хочу,– добавил он уже тише.
Выпалив свой меморандум на одном дыхании, Зандер застыл, виновато поглядывая на Антона, а тот словно бы не замечал душевного раздрая своего преемника, который вот-вот готов был отказаться от своей миссии.
– Тебе чаю налить, Зандер,– как ни в чём ни бывало предложил Создатель,– или ты так распсиховался, что даже глоток чая тебе в глотку не полезет? Чего ты паникуешь?
– Может быть, я недостаточно ясно выразился,– с ледяной вежливостью ответил паникёр,– но я отправляюсь обратно на Землю и без Коры не вернусь.
– Да поняли мы уже твои задумки,– отозвался гном, шумно прихлёбывая из блюдечка. – Любовь, она завсегда поперёд прочих забот, правда, Создатель?