Пока, дневничок, пойду покопаюсь в своём подсознании, может быть, обнаружу причину своих фрустраций.
Глава 10
Щёку внезапно обожгло, что-то горячее и шершавое прошлось по ней словно наждаком. Ощущение было не из приятных, но всё же не тот кошмар, что довелось испытать Вертеру в последние минуты своей жизни. Впрочем, последнее, что он запомнил, прежде чем провалился в черноту, было вовсе не ощущение, а мысль, чёткая и острая, как бритва, мысль о том, что нужно срочно убираться из пятимерной Реальности, если он хочет снова воплотиться после смерти. О том, что случится, если смерть застанет его в этом кошмарном мире, даже думать не хотелось, в лучшем случае ему светило зависнуть в здешней Реальности посмертия, а в худшем – вообще развоплотиться.
Судя по тому, что Вертера больше не мучали тошнота и боль, извечные спутники пятимерной Реальности, ему всё-таки удалось вырваться, правда, пока неясно куда, но сам факт, что он оказался в трёхмерном мире, принёс ему несказанное облегчение. Отсутствие болевых ощущений явно свидетельствовало в пользу того, что это была Реальность посмертия, ведь в проявленном мире он сейчас должен был бы корчиться от боли из-за многочисленных весьма тяжёлых ран, настолько тяжёлых, что шансов выжить не было от слова совсем. Однако во всём этом была одна странность – Вертер без всяких сомнений ощущал себя той же личностью, иначе говоря, собой, а ведь смерть должна была уничтожить его ум вместе с памятью. Так что же это за игры разума?
Загробные рассуждения Вертера были прерваны самым беспардонным образом, что-то мокрое и холодное ткнулось ему в шею, а следом за этим до его ушей донёсся очень знакомый голос.
– Прекрати его тормошить, серый,– с укором произнёс Антон. – Да, мы знаем, что твой хозяин уже очнулся, просто дай ему немного времени, чтобы прийти в себя.
Голос друга прозвучал для Вертера словно райская музыка, он подскочил на месте так резво, что у него закружилась голова.