Создание алгоритма ловушки для пятимерных подселенцев было наконец закончено. Помимо Антона, участие в этом увлекательном мероприятии приняли Тарс и Даня. Макс тоже присутствовал, но в основном в качестве болельщика, так как его уровень пока не позволял ему разобраться во всех тонкостях создания нужных алгоритмов, ведь лекции по веннским техникам он благополучно прогулял. А вот Атан-кей приглашение на междусобойчик проигнорировал, он вообще куда-то исчез примерно месяц назад. Судя по тому, что Демиург не мог сходу засечь его местоположение, Творец заперся в своём мире, причём не в том, который был известен всем, а в новом. В качестве альтернативы можно было ещё предположить, что он просто ушёл на перевоплощение, но о таком варианте думать как-то не хотелось. Сабин даже не стал искать его в Реальности посмертия, чтобы не расстраиваться. В итоге, создатели ловушки просто решили обойтись без своего товарища, согласившись с правом Атан-кея самому решать свою судьбу.
Для разнообразия отметить окончание работ собрались на полянке перед домом Вертера и Лики. Гном немного побурчал что-то про нарушение традиций, но смирился с неизбежностью, правда, заставил Антона перетащить старый самовар на место празднования, хотя Создателю ничего не стоило сотворить его точную копию прямо на месте. Но тут гном был непреклонен, пить чай из нового самовара он наотрез отказался. Стол накрыли прямо у воды на берегу лесного озера, Лика с Алисой придумали симпатичный дизайн с плетёными диванчиками и разноцветными фонариками, которые должны были зажечься после захода солнца. Исполнителем дамских прихотей на этот раз выступил Даня, и под конец оформительских работ бедняга был выжат как лимон, так как угодить требовательным заказчицам оказалось совсем непросто.
Но наконец всё было подготовлено, и гости расселись вокруг стола. Сразу же обнаружилось отсутствие Марики, но Тарс объяснил, что с одним из пациентов её лечебницы приключился какой-то особо сложный случай душевного расстройства, и заботливая докторша никак не могла оставить больного без внимания. А вот отсутствие Сабина ничем, кроме заносчивости Демиурга, объяснить было нельзя.