– Чтобы понять, что с тобой приключилось, мне вовсе не нужно лезть в твою голову. Человеком обычно управляют очень простые и немногочисленные стимулы. Причиной твоего поспешного возвращения в Убежище может быть либо любопытство, либо страх. Особого стремления к знаниям я в тебе в прошлый раз что-то не заметил. Остаётся страх. Есть ещё, конечно, амбиции, но какой карьерный рост может быть у Программиста? – он отхлебнул чая и, глядя в огонь, устало произнёс. – Рассказывай, когда ты увидел Охотника. И почему ты, вообще, решил, что это был Охотник.
Я отбросил глупые обиды на проницательность Учителя. Действительно, сам ведь запросился домой, как только узнал, что не умер по-настоящему. Какая уж тут тяга к знаниям.
– Первый раз он явился ко мне домой за три дня до того, как я оказался в Убежище,– начал рассказывать я.
Вот теперь Учитель был по-настоящему удивлён, если не сказать, шокирован.
– Почему же ты до сих пор жив? – воскликнул он, как давеча Дали в кофейне.
Дежавю какое-то, ей богу. Только теперь на нас некому было озираться. Я насладился произведённым эффектом и в подробностях рассказал Учителю о моей первой встрече с белобрысым. Когда я закончил, Учитель уставился на меня с ещё большим удивлением, чем в начале рассказа.
– Ты РАБОТАЕШЬ программистом? – спросил он, изучающе оглядывая меня, как будто увидел впервые. – В смысле, ты пишешь компьютерные программы?
Я кивнул, уже понимая, что ситуация запутывается всё сильнее.
– Но этого просто не может быть,– категорично отрезал Учитель.
Видя моё недоумение, он всё-таки счёл необходимым внести ясность.
– Видишь ли, Антон, ещё ни один Программист не работал программистом в своей Реальности. По каким-то неясным причинам написание компьютерных программ мешает им работать с тканью Реальности. Эти две области деятельности почему-то друг с другом никак не совмещаются. Не удивительно, что Охотник решил, что ошибся.