А действительно, чего это я нюни распускаю, у меня же дело на миллион. Или больше?
– Антоша, у нас проблема,– начал я, подпустив строгости в голосе. – Ты зачем уничтожаешь вирусы, которые мы загружаем в Матрицу?
Честно говоря, я сильно надеялся, что Антоша тут вовсе не при чём, но надежды не оправдались.
– Какие такие вирусы? – притворно вскинулся гном. – Это Вы про тех монстров, что на мой дом натравливаете? Так неужто ж мне терпеть такое? Кажный право имеет свой дом от нечисти оборонять.
Антоша поджал губки и упёр ручки в бока. Ну чистый Наполеон. Я чуть не расхохотался, но всё-таки продолжил свои увещевания, деваться мне было некуда. Гном хмурился и на уговоры не поддавался. Тоже мне, домовой, выискался на мою голову. Наверное, я пробормотал это вслух, потому что Антоша тяжко вздохнул и посетовал.
– Ну какой же это дом. Скорее уж я комповой или сетевой.
Вот как, оказывается мой гном юморист. Дожили. Мне надоело препираться с упрямой программой, и я решил выложить свой последний аргумент.
– Если ты не прекратишь нам мешать, мой начальник заменит все компы на Светлой Стороне, причём за мой счёт. Мне придется искать другую работу.
Не хотелось, конечно, сводить наш спор к меркантильному аспекту, но больше мне сказать было нечего.
– Ой, беда, беда! – притворно запричитал нахальный гном. – А может, это и к лучшему с такой-то работы уйти. Вы же и сами знаете, куда эту нечисть выпускают, когда находят на неё управу. Разве ж можно так с людьми поступать?
– Да с чего ты…,– начал я, но наткнувшись на внимательный взгляд гнома, заткнулся.
Если честно, я давно подозревал, что созданные нами вирусы сливают в сеть, но не хотел себе в этом признаваться. Гном был прав, процветание нашей конторы объяснялось очень даже просто. Мы сами создавали и болезнь, и лекарство. Я тупо молчал, чувствуя, как мой комфортный мирок трещит под напором гнусной реальности.
– Антон Лексеич, ваш начальник действительно считает, что я живу в компьютере? – ехидно поинтересовался Антоша.
– А где? – с искренним недоумением спросил я. – В Матрице ведь модемы отключены.
Гном хлопнул себя по ляжкам и от души захохотал.