Через некоторое время передо мной на столе возникла тарелка с куском жареного мяса и салатом, а также большая чашка кофе. Не оборачиваясь, я кивком поблагодарил благодетельницу и высосал кофе. Марго такой расклад, по-видимому, не устроил. Она отодвинула мой ноут и на его место поставила тарелку с едой. Пришлось подчиниться. Почему-то я был уверен, что сопротивляться в данном случае будет бессмысленно. Как же здо́рово, что я не отказался от помощи Марго. В первую ночь она постеснялась силком отправить меня в постель. Всё-таки это было дело интимное. Когда я в пятый раз не отозвался на её требование закругляться, Марго выбрала книжку из моей скудной библиотеки и, забравшись с ногами на постель, приготовилась составить мне компанию в ночном бдении. Надолго её, однако, не хватило, вскоре она уже сладко посапывала, прислонившись к спинке кровати и уронив книжку на колени.
Где-то в середине ночи я решил ненадолго оторваться от модернизации Ищейки, чтобы принять контрастный душ. Эх, ещё бы кто сбегал за кофе. Будить Марго мне, конечно, и в голову не пришло. Я укрыл её пледом и отправился в ванную. По дороге задёрнул шторы. Солнце иного мира уже выглянуло в разрыве ночного неба и слепило глаза. Контрастный душ придал мне сил, а то я уже начал клевать носом. Я с удовольствием подставлял тело под жёсткие струи, переключая воду с холодной на горячую и обратно, когда из-за двери раздался глухой рёв, а затем жуткий грохот. Завернувшись в полотенце, я выскочил из ванной, да так и застыл в луже натёкшей с меня воды.
Марго отдёрнула штору на окне и прилипла к стеклу. Там во всем своём кошмарном великолепии разворачивалось следующее действие апокалиптического спектакля. Третий разлом возник непосредственно над горной грядой и, по всей видимости, задел краем одну из снежных вершин. Кусок скалы срезало как скальпелем, и снежная лавина, перемешанная с камнями, понеслась к подножью. Пока мы стояли в ступоре, не в силах оторвать глаз от безумия стихии, ещё одна лавина сорвалась с соседнего склона и с грохотом пушечного выстрела прокатилась вниз, поднимая облака снежной пыли. Картину разрушения как ни в чём не бывало освещали два небесных светила. Если б это не было так жутко, то можно было бы признать, что ничего красивее я в своей жизни не видал.