Однако крепко же они прижали его жизнью сестры. Какой уж тут выбор? Бедняга даже застрелиться не может, потому что Марго тогда всё равно убьют. Не хотел бы я поменяться с ним местами даже сейчас.
Вертер выпрямился, и, глядя в пол, поднял руку с пистолетом. Наверное, боялся передумать, если встретится со мной взглядом. Он, должно быть, и дверью хлопнул со всей дури, чтобы дать мне время уйти в Убежище. А я, бестолковый, не воспользовался предоставленным шансом к спасению. Прости, Вер, мне это ни к чему. Я отстранённо смотрел в чёрное дуло и представлял, как много веков назад вот так же стоял Гор, равнодушно глядя в черноту и ожидая, когда оттуда прилетит желанное забвение.
В этот момент между мной и Охотником замерцал голубоватым сиянием энергетический щит. Я вскинул голову и увидел, как за плечом Вертера мелькнула улыбающаяся хитрая физиономия Дали. Дальше всё происходило как в замедленной съёмке. Вертер всё-таки в последний момент поднял на меня глаза и увидел щит. Но к этому времени его палец уже нажал на курок, и пулю было не остановить. Уклониться от рикошета, стреляя с пяти метров, было немыслимо, но Охотнику это удалось. Каким-то шестым чувством он угадал направление рикошетирующей пули и чуть отклонил голову вправо. Этого оказалось достаточно, чтобы уйти из зоны поражения. А вот стоящей за ним Дали не повезло. Тихий всхлип показался мне громче выстрела. Взлетели вверх розовые оборки платья, как крылья бабочки. Дали лежала на полу, раскинув руки, прямо посередине её лба чернела маленькая и такая безобидная с виду дырочка, а из-под золотистого одуванчика волос расплывалась безобразная бурая лужа.
Такого не должно было случиться. Эта мысль билась в моём мозгу, как мотылёк в стеклянной банке, а моё тело застыло словно парализованное. Я видел, как Вертер медленно разворачивался, как падал на пол пистолет из его руки, как он сам падал на колени у тела Дали, но не мог пошевелить даже пальцем. Из ступора меня вывел крик невольного убийцы. Нет, это больше было похоже на рёв раненного зверя. Он обнял тело своей любимой, которую только что сам убил, и застыл на коленях посреди прихожей. Я по-прежнему стоял в том месте, где меня застал выстрел, и не смел сдвинуться с места. Наверное, нужно было что-то делать, но меня словно накрыло волной апатии. Входная дверь была нараспашку, а мне было безразлично, что подумают соседи, и вызовут ли они полицию. Странно, что до сих пор никто даже не выглянул на лестничную клетку. Куда все подевались?