Думаю, что монах Нестор был бы немало удивлен, если б почитал истории, написанные на основании его «Повести временных лет». И не потому, что они основаны на более обильном материале; это не так. Утверждение, что историк знает больше современника, ложно, потому что знает не больше, – он знает другое. Человек в процессе своей жизни получает колоссальное количество различной рациональной информации, эмоций, образов. Почти все они не оставляют следа и пропадают для истории бесследно, но все они участвуют в составлении картины мира человека. И когда историк на основании нескольких летописей, радиоуглеродного анализа, пары монет и груды книг коллег утверждает, что он понял прошлое лучше человека, жившего в нем, – это звучит несколько самоуверенно. Кто лучше меня может понять мою жизнь? Никто. Исследователь моей биографии может понять ее иначе, но это не значит, что он понял и знает ее лучше меня.
Даже если историк с помощью машины времени попадет в прошлое, он увидит лишь малый кусочек той реальности, которую описывает в своей истории, а значит, любой его образ шире, чем то, что человек способен непосредственно воспринять. Образ чего же строит историк, если это не тот образ, который видит современник, и даже не та картина, которая может представиться взору путешествующего во времени историка? История – это идеальный образ, построенный определенным способом и по определенной методике на основе данных, которые, как считает историк, характеризуют прошлое. Все это настолько зыбко, идеально и субъективно, что приходится удивляться тому, что хотя ни одна история не повторяет другую, тем не менее сочинения историков все же имеют и что-то общее. И это общее содержится не только в исторических фактах, но и привносится в исторический образ теорией, на базе которой он строится.
Изменчивость как основа истории
Часто историчность отождествляют с изменчивостью, утверждая, что история – это процесс изменения человечества во времени. Считается, что неизменные общества внеисторичны. История изучает изменения; и даже когда их нет в обществе, она изучает, почему их нет.