Эпилог
Стоя перед Создателем, мы молчим, и он смотрит на нас молча, а мы понимаем его и отвечаем.
– Я готов, – сказал я.
– Пусть будет так, – ответил Он.
И меня перебросило в открытый космос.
Эйра судорожно плакала, чувствуя, что я попросил о её переходе, и он пугал её. Ведь однажды она уже потерпела крах. Она была первым ангелом, завалившим переход. Это серьёзно подкосило её. Нас обоих спасла тогда Ёя. Эйра вообще у меня исключительная. Она единственный ангел, получивший своё имя от живущих в теле, а не на небесах.
Она долгое время не могла выбрать себе имя, а без имени, они не привязаны к охраняемой душе. Она очень хотела получить душу, но ни одно имя не нравилось ей. Вышли все сроки, и воля Создателя была такой: она спустится на любую планету и выберет любую свободную душу, а имя ей будет дано первой фразой после соприкосновения с выбранной душой. Так и случилось.
Я был беззаботным мальчишкой и играл с друзьями в охотников. Мы ушли вглубь опасного леса и заблудились. Речь наша была краткой и основывалась не на буквах, а на именах наших богов. Об этом языке потом расскажу. Так вот, мой друг, видя медленно входящий луч света в мою макушку, громко произнёс:
– Эй-ра!
Что значило на нашем языке «смотри, солнце!»
Я тогда впервые услышал её голос у себя в голове.
Самое лучшее имя на свете – Эй-й-йр-ра. Оно понравилось нам обоим.
Я тут же исполнил её желание. На автомате я крепко обнял друга и сказал:
– Спасибо, мальчик, – как-то так это звучало бы нашими словами.
Наверное, не надо говорить, что мы без проблем пришли домой, как по автобану с выделенной под нас полосой. Дома все заметили, что я изменился, а мне просто нравилось всё, что происходило со мной. Так мы с Эйрой нашли друг друга. Не разлей вода. Ангел и я – душа Эйры.
Теперь я не мог чувствовать как человек. Видеть человеческими глазами я тоже больше не мог. Я знал очень много. Проще перечислить то, чего не знал:
Первое – это, конечно, то, что и до сих пор я не знаю: кто такой Создатель?
Второе – я не помню своего настоящего имени и плохо помню свою семью титанов, воспоминания размыты.
Третье – я всё ещё не могу выйти на связь с Сэл.
Зато Ёя… теперь я могу быть с ней. Вот это подарок судьбы, вот это повезло. У меня по привычке проскользнуло перед глазами её прекрасное, моё любимое тело.
– Ты будешь удивлён, – сказала Эйра.
Мой облик сразу пропал, я ощутил себя в странной оболочке, похожей на прозрачный пузырь с несколькими областями непонятных форм. Похожее существо появилось рядом со мной, я, конечно, чувствовал и знал, что это Ёя. Она стремительно сблизилась со мной, коснулась меня.
Думал, что почувствую некую близость, но вместо этого я ощутил, как она меняет внутри меня положение объектов. Что-то удаляет, что-то перемещает, до чего-то просто дотронется по-хозяйски, любя, проверит состояние. Это странный процесс, очень быстрый и ни на что толком не похожий.
Хотя, знаете, на что похоже… С каждым было, когда ваша любимая хочет, чтобы вы классно выглядели на каком-то важном событии, и тщательно осматривает вас, поправляя воротник, укладывая вам волосы, поправляя брюки… и только после её осмотра можно идти.
Здесь случилось наоборот. После всех внесённых изменений… наши оболочки слились. Никаких чувств, только одно ощущение – мы просто единый организм. Всё, больше ничего. Это не пугает, не круто, не щемит, ничего этого нет. Просто мы один организм, нет даже мыслей – типа это я, это ты. Необъяснимо, но мне почему-то это нравится. Не подумайте, что мне нравятся извращения. Да, в этом организме вообще секс не рассматривается, но при этом он не импотент.
Эйра держалась за живот от смеха.
– Быстрее привыкай, я больше не могу смеяться.
Голоса Ёи так и не было, но и моего голоса тоже, я был в замешательстве. Как управляться с этим телом. Тут я понял, я чувствую Ёю. Она чувствует меня, всё происходит только через чувства, не через желания и мысли. Когда я стал чувствовать космос, я стал ориентироваться в нём. Сразу после этого стало сливаться и наше с Ёей сознание, это действительно происходило. Дальше наши знания объединились. Это было попросту невероятно: у нас общая память, я всё знаю про неё.
– Обожаю этот момент! – воскликнула Эйра.
Я ощутил первый вдох этого нового тела.
Поднимаю руку перед собой, смотрю на неё, а в это время ни я, ни Ёя, а сам этот организм понимает всю свою мощь, ему всё под силу, всё известно, и он готов вершить.
– Привет, Виз, – помахав рукой, сказала Эйра вышедшему из тьмы мощному демону Ёи.
Он кивнул в ответ. Демон Ёи неразговорчив, но скор до дела.
– Как же я соскучился по этому телу. Эйра и Виз, перед матрицей я схожу к отцу Петра, ваша задача подчистить этот сдвиг. Об этом должны знать только дух рода, душа Захара и мои верные Титаны.
Сказав это, Единый переместился в дом к моему отцу. Я пока не знаю, как относиться к этому новому-старому телу. Ощущение, что оно не совершает ошибок и всё делает по указанию Создателя, но раз за нами надо заметать следы, значит, есть что-то, чего я ещё не понимаю.
Из памяти Ёи я помнил… хотя давайте для удобства буду называть своё новое имя. Какое бы из его имён выбрать для вас? Единый, Первый, Маг, Один с ударением на «и», нет, всё эти имена не подходят.
Эйра, чувствуя, как я перебираю свои имена в памяти, сказала:
– Вам с Ёей сильно нравилось древнее имя Той.
Да, точно, так нас назвали чистые души в высшем мире, когда мы с Ёей выбрали друг друга. Так и буду называть это тело для вас. Тем более пора вам узнать историю появления этой книги.
Ёя являлась моему отцу, показала ему Венеру и полную программу реабилитации, напоследок сказала, что он напишет книгу про эту историю. Она знала, что, когда Той восстановится, он обязательно вернётся и подкорректирует. Но Той не просто вернулся, он перешёл на семь лет вперёд. Он хотел появиться перед выходом второй части книги. Наши планы изменились, я должен был подставить своего отца под удар, надеюсь, он пойдёт на всё это.
Большая часть воспоминаний Петра была взята из памяти его отца, поэтому, видя дом Николая, Той чувствовал себя как дома. Снаружи мало что отличалось, только сад вырос. Росли они на тех же местах, где мы с Эйрой их и сажали.
Сразу из коридора проглядывалось интересное чёрное небо с ярким горящим солнцем в центре потолка. Той направился в зал, захотелось увидеть, как изменился дом за пять лет. Отец, похоже, ударился в нашу историю по полной. Вся мебель большой комнаты была сделана из основательно прожжённого дуба, создавалось впечатление, будто она горела. Стены комнаты также создавали впечатление пепелища, отделка искусно воспроизводила следы тления. Мне такой дизайн подходил. Даже Эйра отвлеклась и тоже стала разглядывать зал.
Отец ждал меня.
– Здравствуй. Ты уже един с ней, как я вижу. Поздравляю, – сказал он.
– Всё случилось, как Ёя и говорила тебе, в точности. Я чувствую, ты всё написал, но у меня просьба к тебе…
Той передал Николаю всю информацию. Николай молча сел и задумался.
– Я сделаю всё, что ты хочешь. Это ваша книга, я лишь инструмент её появления в этом мире. Всем, что у меня есть, я обязан вам. Вы сделали меня абсолютно счастливым человеком.
– Как мне нравится твой дом, – у Эйры трепетали крылья, когда она сказала это.
– Подожди, я сейчас ещё окна закрою. Вы увидите, что здесь происходит, – нажав на кнопку на огромной картине с ликом Венеры, сказал Николай.
Все проёмы закрылись плотным чёрным материалом, окрашенным в недостающие части пепелища. В этом мраке начали светиться звёзды над головой, а местами переливались красным свечением стены. Создавалось впечатление, словно стоишь на тлеющем фундаменте с останками стен, а вокруг ничего нет, глубокая пустота и звёздное небо над головой.
– Венера подарила мне эту комнату… Когда я пишу грустный фрагмент книги, то пишу его здесь, – сказал отец.
– А где пишешь остальную часть? – спросила Эйра.
– Пойдёмте, покажу вам свой кабинет, мой маленький храм, – позвал нас Николай.