Глава 16. Леха
Проснулся рано утром, чётко помню сон, он был очень короткий: сразу попал к Захару, он меня ждал. Сказал: «всё правильно происходит, очень хорошо, что ты устал, давай отдыхай, послезавтра поговорим обо всём. К этому времени ты будешь готов». Я уже знал, что не поеду сегодня по своим делам, когда задумался, кто же мне позвонит, почувствовал, что звонок будет через двадцать секунд. Так и случилось.
Звонивший не заставил себя долго ждать, это оказалась жена брата. Её голос был заплаканным, с её слов я понял, что брат серьёзно загулял, третий день пьёт. Пояснив, что он всегда прислушивался ко мне, она попросила приехать поговорить с ним. А то всех остальных он воспринимает в штыки.
Я спокойно собрался и поехал к ним. Мне оставалось доехать километров двадцать, автомобиль у меня универсал «Вольво», шумоизоляция хорошая, по дороге музыку слушал. Я и не заметил, что мне сзади сигналили. Получилось, что я увидел их, когда они сравнялись со мной по встречке и начали махать руками, чтобы я остановился. У меня появилось ясное понимание, что сейчас что-то произойдёт. Я спокойно остановился на обочине, выключил музыку. Мою дверь открыл парень, стал быстро и суетливо кричать:
– Кто тебя водить учил, ты нас чуть на обочину не столкнул!
Я его хорошо слышал, но это мне было неинтересно. За рулём был рыжий парнишка постарше, когда он подошёл к нам, молодой прокричал:
– Ты что, не понимаешь, о чём я тебе говорю?
Рыжий посмотрел на меня и сказал:
– Да всё он понимает, просто уехать хотел, как будто ничего не было.
Я не знаю, откуда всё это появилось, я почувствовал себя каким-то криминальным авторитетом. Мой рот сам заговорил, я ощущал – что взгляд изменился, это был не я. Я чувствовал какого-то абсолютно другого человека. Видел целую историю: армия, вокруг друзья, которых я не знаю. Что это кусок целой жизни, со всеми чувствами, эмоциями. Какие-то бандитские дела, и очень отчётливо помню, что этот человек никогда не фотографировался.
Мой голос ответил Рыжему:
– Ты кто такой, если чего-то хочешь, подойди как человек, обозначь, что надо, а я подумаю, как тебе ответить.
Рыжий засомневался, всё ли в порядке, тот, кто был во мне, заметил это и тут же спросил:
– С тобой разговор будет?
– Ты кто такой с тобой разговаривать? – задёргался Рыжий.
– Я человек простой, меня мать родила, отец объяснил, что я по жизни никому, кроме матери, не должен. Спросят – ответь, спросить захочешь – язык есть, спрашивай.
– Так ты чего, спросить с меня чего-то хочешь?
– С кем работаешь?
Рыжий задёргался ещё сильнее, но, хохотнув, ответил:
– Прям как на допросе, – сплюнул он, и сквозь зубы прорычал: – С Хлыстом работаю, знаешь такого?
– Звони ему!
Рыжий стал набирать, рявкнув сквозь зубы:
– Ну, если втираешь…
Я спокойно сел за руль и подумал: что я делаю, что происходит, зачем я в это влезаю? Успокаивало только то, что старик всё предвидел, и у меня, так же как и у него, рот говорил сам за себя. Мне даже было интересно: к чему всё это приведёт?
Рыжий стал странно разговаривать, в тот же момент я начал слышать в своей голове, что ему говорят. Голос говорил: сделай вид, что мы подъедем минут через пятнадцать, я в двух минутах от тебя, прикинусь, будто случайно проезжал, тебя узнал, остановился.
Моё тело перестало меня слушаться, оно встало и направилось к Рыжему. Правая рука плавно, но быстро взяла его за левое плечо, большой палец нажал в районе шеи какую-то точку. Рыжий замер, левая рука взяла телефон:
– Братан, ты чего цирк устраиваешь? Я тебя жду здесь, – сказал я спокойно и отключил звонок. Рука отпустила Рыжего, он снова стал двигаться:
– Ты че творишь, сука?
Я молча сунул ему в карман телефон и вернулся к автомобилю. Я переживал, вдруг что-то пойдёт не так, я вообще не знал, что говорю, откуда это всё берётся, но было очень интересно. Я задумался, и эти несколько минут пролетели словно миг, вернулся я в себя в тот момент, когда подъехал тёмный мерседес. Из него вышел мужчина, примерно мой ровесник, серьёзно настроенный, он пошёл в мою сторону.
Рыжий стоял у меня за спиной. Чем ближе незнакомец ко мне подходил, тем больше я убеждал себя, что должен внушить ему, что со мной лучше не связываться. Но вот он уже смотрит мне в глаза, а у меня получается только прочитать его взгляд: «Что за чёрта к нам принесло».
Вот он уже прошёл мимо меня и успел сделать пару шагов в сторону Рыжего, а я тяжело вздохнул и подумал, что у меня ничего не получилось, старик ошибся. Как вдруг у меня снова понеслись картинки, теперь я чётко видел этого мужика восемнадцатилетним пацаном, и будто мы служили вместе. В этот момент он стал медленно поворачиваться ко мне, он уставился прямо в мои глаза. Медленно, вопрошающе произнёс:
– Леха?
Рот снова заговорил сам по себе:
– Я, вообще-то, думал, что ты меня сразу вспомнишь.
Я не был рад, что внушил ему новую реальность, я тут же понял, что старик имел в виду. Мои воспоминания были настолько реальны… Я знал этого человека от и до, его привычки, как он вёл себя, нашу пятёрку друзей. Два года моментально запихнули нам в голову. Теперь в реальности, по сути, он мой друг, а по факту враг.
И я также понимаю, я изменил не только свою память, вот только…какие последствия будут с этим человеком?..
Он крепко обнял меня, мне даже не пришлось притворяться, я обнимал реального друга, которого не видел лет двадцать.
– Леха, чёрт, куда ты пропал? Едем ко мне!
Я так кайфанул от случившегося. Я понимал, что не контролирую этот процесс. Какое-то более мощное сознание управляло им.
– Серёг, извини, что пропал, гражданка так закрутила, в девяносто седьмом так всё изменилось, сам не заметил, в каком замесе оказался.
– Дай ключи Рыжему, поехали со мной в машине.
Рыжий был в шоке от такого поворота. Мы сели в машину и оба никак не могли наговориться, я даже забыл, куда я ехал. Мне было так интересно вспоминать годы службы, я был просто в шоке, наши воспоминания совпадали до мелочей.
У Сергея оказался красивый дом, жена, дети. Рыжий всё не мог успокоиться, косился на меня и задавал наводящие вопросы. Серёгу начало это напрягать, и он сорвался на него.
– Пока ехали, я в бардачке порылся, кореша-то твоего Петей зовут, и что-то я его на армейских фото не видел.
Тут до меня дошло, почему я часто видел моменты, как ухожу от фотографов и в армии никогда не фотографировался. Серёга хлопнул меня по плечу:
– Леха всегда был странным, я же тебе говорил про него, он никогда не фоткался.
Я посмотрел на Рыжего и увидел, как он вспомнил этот разговор, которого не было. Я начал чувствовать, как заложил в него воспоминание об этом. Это неописуемое чувство, теперь я внушал уверенно и спокойно и ощущал весь этот процесс.
Мы перешли в баню.
– Леха, расскажи мне, как ты здесь оказался?
Мой язык снова заговорил сам по себе, я даже начал сомневаться, я чувствовал этого Леху настоящим.
– Кирпич, я в бегах, убьют меня скоро, – сказал я.
Он побледнел и онемел, я решил его перебить, пока он не начал расспрашивать.
– А почему Хлыст, ты же всегда Кирпичом был?
Перебить его не получилось. Я увидел, за что убьют Леху, как смог, рассказал Серёге, во что он вляпался. Сказал, что не боюсь умирать, и свою судьбу ни на какую не променял бы. По дороге домой мне было очень грустно оттого, что Серёга хоронил несуществующего друга, и даже Рыжий, когда мы прощались, обнимал меня как в последний раз.
Уставший, я даже не стал звонить Захару, с детским удовольствием провалился в подушку.