Путешествие в «Страну без возврата»
Считается, что около 12 тыс. лет назад на смену ископаемым кроманьонцам пришел современный человек, отличающийся, прежде всего, более развитой духовной жизнью. Большое значение для этого имело изобретение письменности. Если раньше религиозные верования и научные факты передавались из уст в уста, то отныне они могли быть записаны, систематизированы и переданы не только непосредственным, но и более далеким потомкам.
Древнейшей письменностью ныне принято считать Дунайское протописьмо, возникшее на Северных Балканах в середине VI тысячелетия до н. э73. Оно не дешифровано. Поэтому памятники Дунайского протописьма пока ничего не могут сказать о том, как население «старой Европы»74 представляло «жизнь после смерти».
Считается, что Дунайская письменность погибла около 4000 г. до н.э., когда в Европу вторглись племена индоевропейцев. Прародиной этих племен являлось земли к северу от Черного моря между Днепром и Волгой. Приручив лошадь и овладев технологиями бронзового века, инлоевропейцы начали миграцию в соседние земли и к началу I тысячелетия до н.э. расселились на огромной территории – от Индийского океана до побережья Атлантики, дав начало многим современным народам, в том числе германцам, балтам, грекам, славянам, иранцам, индийцам.
Вспоминая об их общности, обычно говорят о Римской империи или о близости индоевропейских языков, на которых сегодня во всем мiре говорят более 2,5 млрд. чел. Мы же хотели бы подчеркнуть общность их представлений о загробном мiре, которые зафиксированы в письменных памятниках греков, римлян, египтян, шумеров и других индоевропейских народов.
Согласно представлениям древних греков, души умерших, все без исключения, попадали в царство мертвых, которое греки называли царством Аида и помещали глубоко под землей. Считалось, что это царство находится на крайнем западе – там, где солнце скрывается под землей. Там царит вечный мрак, в который никогда не проникают солнечные лучи. От мiра людей царство Аида отделено рекой Ахеронт, через которую души умерших людей перевозит седой перевозчик Харон. Испив воды из реки забвения Леты, умершие забывают о земной жизни, и более уже не стремятся вернуться назад. Но это и невозможно, так как выход бдительно стережет трехголовый пес Кербер (Цербер). Души умерших носятся по мрачным полям Аида, заросшим дикими тюльпанами, и оглашают их своим стенанием. Они сетуют на свою безрадостную жизнь без света и без желаний.
Здесь правит Аид. Он сидит на золотом троне со своей женой Персефоной. Ему служат неумолимые Эринии, которые с бичами и змеями преследуют преступников, не давая им покоя и терзая их угрызениями совести. Царство Аида полно мрака и ужасов. Там бродит во тьме привидение Эмпуса с ослиными ногами. Заманив человека в уединенное место, Эмпус выпивает всю кровь и пожирает еще трепещущее тело. Ночью в спальни матерей пробирается чудовищная Ламия и крадет детей, чтобы напиться их крови. Трехголовая Геката посылает ужасы и тяжкие сны и губит людей. «Ужасно царство Аида, и ненавистно людям», – заканчивает свой рассказ известный знаток древнегреческой культуры и мифов Николай Кун (1877 – 1940)75.
А теперь сравним это описание с тем, как представляли «жизнь после смерти» шумеры и аккадцы, проживавшие в трех тысячах километрах от Афин. Самый известный текст на эту тему – «Нисхождение Инанны в Нижний мир», в котором описывается, как богиня страсти и войны Инанна спускается в страну мертвых.
Шумеры называли эту страну «Кур», а жители соседнего Аккада «Кур-ну-ги» – «Страна без возврата» или «Кур-ну-де» – «Страна, откуда не выбраться»76. Как и греки, они также помещали эту страну под землей. Путешествие в Кур-ну-ги начиналось с преодоления степи – пустыни. Затем умерших встречала река Ид-кура, через которую умерших переправлял перевозчик Ур-Шанаби, а у ворот подземного мира – главный привратник Нети. Там царил мрак. Поскольку, как считали шумеры, мертвый человек уже не мог строить богам храмы и приносить жертвы, то судьба его в подземном мiре была тяжела и безрадостна. Сносной жизни удостаивались лишь многодетные женщины, павшие в бою воины и те, по кому исполнен верно погребальный обряд. Поэтому в Шумере существовала традиция всячески демонстрировать страдание, рвать волосы, царапать себя, рыдать по умершему. Эти проявления скорби являлись знаком уважения к усопшему и выражали готовность хоть как-то разделить страдания покойного в подземном мире, где нет надежды на светлое будущее. Шумеры считали, что если люди не будут регулярно приносить жертвы своим предкам, те в виде ненасытных и агрессивно настроенных духов, пойдут блуждать по земле и мстить живым.
Необходимо подчеркнуть, что в древнейших письменных источниках загробный мiр предстает «недифференцированным» царством, в котором одна и та же незавидная участь ждала всех людей – и старых и молодых, и мужчин и женщин, и богатых и бедных, и усердных и ленивых, и злых и добрых.
Таковы были не только Кур шумеров или Аид греков, но также Дуад египтян и Шеол иудеев, в который сходили не только грешники, но даже Авраам, Иаак, Иаков и другие праведники, о смерти которых Книга Бытия говорит словами «приложился к народу своему», то есть сошел в Шеол, где вкупе пребывают все умершие предки. Как и было сказано Адаму: «В поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят, ибо прах ты и в прах возвратишься» (Быт. 3, 19). Сколько, где и как бы ты не жил – однажды ты умрешь, и сородичи погребут тебя под землей, где царит вечный мрак. Знание этого помогает понять, почему евангелисты и другие раннехристианские авторы часто называют Христа Светом, а крещение и новую жизнь во Христе – просвещением.