Ночами в доме Никиты Антонова устраивался «съезд», собрание, в позднейшей традиции известное как «радение»61. Проходило оно следующим образом. В переднем углу комнаты (под иконами) сидел Лупкин в камзоле, на лавках вдоль стен – около двадцати его согласников босиком, в рубашках и сарафанах. Некоторых из них «подымало с места Духом Святым». В Духе «говорят они, что веруйте в Отца и Сына и Святую Троицу, а ничего не прорицают и не велят вина и пива пить и с женами спать». Аскетическая проповедь не называется здесь пророчеством, но своей лаконичностью, четкостью и ритмом похожа на него.
Сам Лупкин, если верить его показаниям, ни на одном собрании «в духе» не ходил, о пришествии антихриста не проповедовал, книг вслух не читал, а только учил, что, если кто не будет матерно браниться, вина и пива пить и с женами спать, станет святым62.
В текстах, опубликованных И. Г. Айвазовым, подчеркивается роль Лупкина не как установителя ритуала, но как учителя, проповедника. Согласно показаниям Лупкина в Угличской канцелярии, в деревне уже знали, как петь Исусову молитву «в роспев», но неизвестно, умели ли «ходить вкруг ради труда». Никита Антонов утверждал, что «ходить вкруг» его учили Тимофей Трофимов и Прокопий Лупкин.
В тексте показаний Лупкина встречаем следующий неоднозначный фрагмент: «А в Москве ходит к нему, Прокофею, старец из Симонова монастыря, а зовут его Зосимою, и учил де он, Прокофей, его креститься сложа у руки перст первой с двумя последними, а тремя первыми персты слагая креститься не велел, а он де, Прокофей, оному действу ни от кого не научен, только сошел на него Дух Святый»63.