Стержни начали опускаться.
– Сколько нужно, чтобы он вышел на режим?
– Полчаса. При достижении температуры клапан сам откроется.
– Идём от греха…
Мы поднялись на палубу, и Преша связалась с Аваром.
– Что на берегу?
– Пока что никакого движения. Танкер стоит в затоне, двигатель работает. Что у тебя?
– Надеюсь на чудо, Авар.
Я посмотрел на неё. Преша была небольшого роста, этакая худышка. Лицо симпатичное – маленький рот, широкие скулы и восточный разрез глаз. Чёрные, как у японок, волосы были убраны под военную кепку-кубинку.
Мы двинулись обратно к кубрику, и почти пришли, когда палуба мелко задрожала – запустилась турбина. Но через несколько секунд дрожь уменьшилась и сошла на нет.
– Надо же, у тебя получилось, – сказала девушка.
– Ты расстроена?
– Это как посмотреть.
– Понятно…
Ни черта я не понимал этих женщин.
Мы почти ворвались в кубрик – Авар по рации говорил с пехотинцами, отдавая короткие приказы. Завидев нас, он отключил связь.
– Шлюпки отчалили четверть часа назад. Третья вполне исправна. Я ждал вас, нужно быстрее сматываться отсюда.
– Подожди. Они далеко отошли?
– Примерно на километр к западу.
– Идём в боевую рубку.
– У вас получилось?
Она не ответила. Мы выбежали на палубу и поднялись по лестнице в рубку. Преша включила питание, экраны мониторов засветились.
– У тебя есть ключи пусков?
– Нет. Они не нужны, давно не работают…
– И что вы хотите сделать? – Авар сел за пульт управления.
– Пушки работают только по правому борту, так? Развернуть крейсер невозможно. Но мы можем активировать главный калибр.
– Понял тебя. Сейчас посмотрим… Первое носовое, системы в норме, боекомплект – два снаряда.
– Нам нужен всего один. Сколько ватт в сети?
– Полтора мегаватта. Разворачиваю!
Башня медленно, со скрипом, пришла в движение. Преша приникла к окуляру буссоли.
– Посмотри.