Послышались цокающие шаги – у квартальной пехоты кованые сапоги. И в комнату вошла… Дорис. Она была в форме, с погонами полковника в петлицах. Её сопровождали двое солдат в касках и бронежилетах, их оружие было взведено.
Привратник дико вытаращивал глаза и открывал рот, как кистеперая рыба из подземки.
Спиридон мгновенно нейтрализовал МХ. Он хотел было его смахнуть под стол, но рука Дорис легла на экстрактор сверху, довольно решительно.
– Всё шалишь, Спиридон? – она сделала знак пехотинцам, и один из них ловко выудил у привратника излучатель из-за пояса.
– Я? Не, я ничего…
– А что за трупы перед твоей дверью? – Дорис подошла ко мне и взглянула большущими глазами прямо мне в… на моё лицо. Я не мог произнести ни слова.
– Это… Э, я не знаю. Я и сам хотел спросить, то есть узнать, но связь отключили.
– Связь отключили? В котором часу? – Она набрала номер блок-поста, видимо.
– Господин полковник. То есть, я хотел сказать – госпожа. Я не виноват, честное вам слово.
– Ладно, Спиридон, живи. Это я возьму с собой. Контрабандный товар, – она подхватила МХ-45 за ремень и изящно повесила на плечо.
…Мы вышли из магазинчика, и мне показалось, что воздух в тоннеле посвежел. Ощущался едва уловимый ветерок. Дорис небрежно кинула мне конфискованный экземпляр.
– Лови. Теперь мы в расчёте.
– Будем считать что так. Правда, мне поставили пару синяков в кутузке на вокзале, и…
Она презрительно посмотрела на меня. С неуловимой усмешкой на губах, и я пожалел о сказанном. Но мне хотелось поддержать разговор, ведь она сейчас уйдёт.
Я был зол на Дорис, но это длилось всего несколько секунд, в тот момент, когда она вошла в вонючий магазинчик. Я не понимал, почему моя злость улетучилась, ещё до выхода на улицу.
– Солдаты тебя проводят до подземки. Для твоей же безопасности, чтобы ты не вляпался снова в передрягу, – она достала из подсумка бумагу и протянула мне.
– Это твой телефончик?
– Это разрешение на МХ-45. Рядовой, возьмите джип на блок-посту. Прощай, убийца Гернер.