Хозяин заведения протиснулся через боковую дверцу и заполнил собой пространство по ту сторону стола. Куртка с чужого плеча едва доходила ему до половины живота. Шеи практически не было, бритая наголо голова на ней почти не поворачивалась. Рукава засучены, руки покрыты волосом.
Спиридон вперил угрюмый взгляд в мою грудь.
– Чего надо?
– Меня интересует оружие класса извлечения.
– У меня любое есть. Какое надо?
– МХ-45.
– Оно запрещено конвенцией. Спецразрешение есть?
– Нет.
В голове у Спиридона шел какой-то небыстрый процесс. Он повернулся к железному шкафу, лязгнули замки и на стол лег новенький МХ-45.
– Восемь тысяч.
– Шесть.
Волосатая рука накрыла рукоять.
– Восемь тысяч.
– У меня только шесть.
Спиридон снова погрузился в молчание, но на этот раз более долгое.
– Ты охотник… Пятый уровень… Это хорошо. Это хорошо, что ты до сих времен живой. Это значит, что ты хороший стрелок. Ты ведь хороший стрелок?
– Никто не жаловался.
– Я продам тебе МХ за четыре тысячи. Остальные бабки ты отработаешь.
– Сделка не состоится. Я не киллер.
В комнате повисла неопределенная, тянущая пауза.
– Лады. Я с тебя ничего не возьму. Согласен? – сказал Спиридон.
– Какие гарантии? – я был сыт по горло этими городскими северными закидонами.
– Это деловой разговор, Охотник. Что сам думаешь?
– Ничего хорошего. Пиши расписку на четыре тысячи, с указанием твоего мультикода.
– Ты всё равно не вскроешь счёт, Гернер. Я согласен. Только одна маленькая неувязочка возникла.
Он перевел флажок предохранителя на положение «огонь». Зашипел инжектор, и в полутьме магазинчика зловеще засветился глаз боевого индикатора. Я инстинктивно прикинул, сколько секунд мне понадобится, чтобы нырнуть под массивный стол, когда он начнёт стрелять. Но в этот момент из коридора в комнату влетело, или влетел привратник в бандане.
– Дон, там пехотинцы. Я не хотел их впускать, но у них… Но с ними…