Он проспал больше суток и проснулся к полудню от странного чувства – словно в квартире побывал чужой человек. Не незнакомый, а именно чужой. И что ему нужно зайти в спальню, и… там будет отгадка.
Рана на груди подсохла, и вокруг кровяной нашлёпки образовалась розовая кожа.
Он встал – в мятой расстегнутой рубахе, без носков, прошел в спальню.
Ноутбук выглядел так, словно по нему со всего размаха кто-то врезал топором. Две половинки монитора валялись на полу, а в столешнице зияла рубленая дыра.
– Топор, топор, – забормотал Винс и оглядел спальню.
Так и есть.
Топор был врублен в бетонную стену по самую рукоять, как раз в том месте, где висела его фотография с похода.
Рукоять была выполнена из красного дерева и отделана серебром с рубинами.
Глава 7
Винсу стало плохо, его мутило.
Он рванул ручку туалета и наклонился над унитазом. Спазмы сдавили гортань.
***
В прихожей звонил звонок.
– Да иду!
Он, тяжело дыша, вытерся полотенцем. Стало немного легче. Держась за стену, он добрел до двери.
Это был Бота.
– Ё-моё, ты куда исчез? Меня как шандарахнуло, как… Это что, мелинит был, мля? Ты куда пропал?
Винс смотрел на Боту ошалело.
– Я думал, что это ты пропал…
– Прикольно. Ну, ты как вообще?
– Оклемался вроде.
Бота прошёл в комнату, не разуваясь, прямо в куртке.
– Полный атас. Меня теперь из лабы потурят, там всё разнесло к чертям… Кстати, где твой ноут?
– Там, – Винс кивнул на спальню.
Бота шмыгнул в спальню, увидел остатки ноутбука и присвистнул.
– Фигасе. Это что, это кто?
– Когда я пришел, то оно уже так было.
– Дааа…
Бота поднял кусок блока за торчащий из него провод и заглянул внутрь.
– Пипец. От винта – одни кишки…
Он без надежды отпустил блок, рассматривая разрубленную столешницу.
– Винс, а ты последнее время ни у кого бабки не занимал?
– Хых.
– А соседей не заливал водой?
Бота глянул на стену и увидел топор.
– А это что за хрень?
– Это…топор. Вот я хотел у тебя спросить насчёт него.