За дверью обозначилась площадка и уходящая дальше паттерна с перилами. Мы ступили на неё, и я посмотрел вниз…
Воздух, мутный и теплый, словно пар в бане. Внизу оказался огромный зал с плоским полом. Всё было заполнено яйцами. Несколько крыс, таких же крупных как воины в тоннеле, грузили их на транспортерную ленту. Она непрерывно двигалась, унося яйца в пролом стены.
Боже, сколько же их было.
Рента дернула меня за рукав.
– Посмотри.
Возле самой стены, под паттерной, в туманном смраде скрывалось НЕЧТО.
Нечто бесформенное, огромное. Как пресловутый крысиный король, спаянное из сотен тел, переплетенных меж собой, давно сросшихся в единый чудовищный организм.
Но оно имело голову и лапы, как полагается саприкону. Покрытое слизью, оно ворочалось, замирало, и… рожало яйца.
По одному каждые пять секунд.
Рента вскрикнула.
Оно подняло «голову» и задвигало носом, принюхиваясь. Оно почти достало мордой до самой колоны, и я услышал, как оно издало утробный стон.
В середине паттерны пересекались крестом. Дальняя боковая дверь открылась, и появились два воина-саприкона.
Они нас не видели, мешало ограждение.
Я достал из сумки заряд и открыл пусковое табло.
– Поживем еще пятнадцать секунд, – сказал я Ренте.
Она медленно подошла и сняла перчатку.
– Гернер, возьми меня за руку.
– Тебе страшно?
– Нет. Просто…возьми за руку.
Я взял её ладошку, она была тёплая и нежная.
Таймер уже отсчитывал последние секунды.
Четыре.
Три.
Два.
Один.
Ноль…
***
Эпилог
Охотниками рождаются. Но охотники не умирают.
Железная кровать и куцый стол на трёх ножках…
Лампочка под потолком на скрученном проводе.
Каждый день с наступлением сумерек он совершал свой обход, повесив на плечо экстрактор. Встречи с тварями были уже не такие частые, и они уже не заговаривали с ним как прежде. Они молча бросались на него при каждом удобном случае.
Перемирия больше не было. Они устраивали засады на его пути даже тогда, когда он менял маршрут.