Шах снял оружие с плеча и включил инжектор.
– Нет времени на базар. Делаем так: я иду в авангарде и пробиваю дорогу. За мной плотно – Саша. Его задача прикрывать мой тыл. За ним ты, Гернер. Ты доделываешь то, что пропустил Шпиндель. Замыкает Рента с игрушкой.
– Шах, это авантюра. Мы не пробьемся.
– А и не надо. Задача – пройти как можно ближе к логову. Тот, кто останется в живых, включит детонатор.
– А кто не останется? – я повел плечами.
Но Шах не ответил – не успел.
Крысы резво побежали по тоннелю. Треск экстракторов наполнил пространство, его перекрыл крысиный писк, переходящий в ультразвук.
– За мной! – завопил Шах.
Это было последнее, что я слышал. Всё заглушил рёв его огнемета. Мы ринулись за ним бегом, в образовавшуюся брешь в рядах саприконов. Я еле успевал отстреливать тех, кто кидался с флангов.
Шпинделю разрядом разорвало комбинезон. Он попытался зажать рану, но передумал – остановка теперь была смерти подобна.
Под ногами росли горы крысиных трупов, разрубленные пополам, обугленные, без голов, и еще шевелящиеся тела.
Через минуту у меня на счетчике оставалось несколько сотен зарядов.
Странно, но я не думал о смерти. Я думал о другом – позади шла Рента, а за ней уже смыкался круг саприконов. Они полезли из тоннеля, с той стороны, откуда мы пришли.
Я дернул её за комбинезон, втаскивая между мной и Шпинделем.
Ещё минут пять, и – конец.
Впереди как машина работал Шах, словно у него был вагон с патронами на плечах.
– Гернер! – крикнула Рента.
Она стояла возле люка в полу. Одной рукой она держала крышку, другой стреляла.
Я подскочил и втолкнул её туда.
– Прыгай за ней, Гернер, туда, я вас прикрою, – Шпиндель махнул рукой. Я скорее догадался, чем услышал что он сказал.
Крышка закрылась. Я нащупал поворотный запор – счастье, что он оказался изнутри. Это должно задержать крыс минимум минут на двадцать. Потом они разрежут замки, и тогда – всё.
Мы спустились по скобам вниз метров на десять. Оказавшись на полу, прошли еще столько же. Рента уже открыла дверь, она стояла на краях шахты, ведущей еще ниже.