P.S.
– Мам, а ты веришь в загробный мир? Ну, или в параллельные миры? Ты когда-нибудь допускала, что папа, ну, или его душа сейчас живёт, думает о нас, скучает…
Таня удивлённо посмотрела на сына. Вопрос поставил её в тупик. Она об этом никогда не думала и не могла предположить, что у её пятнадцатилетнего сына могут быть такие мысли.
– Знаешь… я думаю, что теория жизни после смерти придумана ради смягчения боли тех, кто остаётся на земле. Чтобы им было легче переносить потерю. Есть жизнь, и есть смерть. После чего лишь пустота. Я часто разговариваю с твоим папой. Когда готовлю. Или когда мне хочется обсудить что-то. Я представляю, что он жив и рядом. Молчит, но слушает меня. Потом я заговариваюсь, жду, что он подойдёт и обнимет меня как раньше. Но ничего не меняется. Лишь тишина и пустота рядом.
Таня почувствовала, как слёзы тихими ручейками потекли из глаз.
– И от этой пустоты очень одиноко и больно. – Она всхлипнула. – Ну вот, я опять расклеилась.
Миша подошёл и обнял мать.
– В ту ночь, когда я пришёл к тебе и попросил прощения, мне приснился папа. И это был не обычный сон. Отец был как живой. Мы разговаривали. Очень много и долго. И потом он показал мне собрание людей, которые слушали странного человека. Его звали Мастеру. Он говорил необычные вещи, но, в целом, они очень близки по духу твоим мыслям о противостоянии насилия и доброты. И папа сказал, что он в начале пути постижения тех мыслей, что рассказывал этот Мастеру.
Миша рассказывал сон матери и понимал, что она не верит. Пытается объяснить всё влиянием обстановки, скрытой шифровкой разума и дешифровкой подсознательного. Миша всё это знал и всё равно рассказывал. Что помнил и что, как ему казалось, имело значение.
Но когда рассказ касался отца, её всхлипывания усиливались, и в конце она просто разрыдалась.
– Что бы тебе ни приснилось, это очень хорошо, что оно пришло к тебе именно в этот момент. Значит, тебе была нужна эта информация. Ты её получил и поступил так, как требовал твой внутренний запрос, как подсказывало сердце.
Миша задумчиво кивнул головой, поцеловал мать в щёку и, пожелав спокойной ночи, пошёл спать.
Просмотрев почту и соцсети на предмет новых сообщений, отметил тишину в эфире и пошёл в кровать.
Уже в постели он заметил под ноутбуком торчащий лист бумаги.
Это было странно, потому что обычно он ничего не хранил на столе.
Не поленившись, он достал его и посмотрел. Ручкой наспех было написано: «Притча небесных монахов», силач Рубини.
Нахмурившись, он попытался вспомнить, когда это написал. Не вспомнив, решил, что это произошло, как только он проснулся в ту памятную ночь. А запись сделал, чтобы запомнить сон.
Либо…
Миша резко сел за ноутбук и ввёл в поисковике «силач Рубини».
Появилось несколько ссылок, но все изображённые на фото Рубини не соответствовали тому человеку, которого он видел на собрании в своём сне.
Тогда он ввёл «Притча небесных монахов».
И вот тут его сердце ёкнуло. Потому что первая же ссылка открыла древнюю восточную историю о посланниках с высоких гор. Их называли небесные монахи.
По преданию, раз в год они спускались с небесных высот, чтобы найти среди людей того, кто сможет пройти через круг испытаний человеческий страстей. В награду они обещали засыпать золотом каждый дом деревни, чей человек сможет пройти испытание.
Тех, кто не проходил испытание, называли отлучниками. Их отправляли в специальную деревню и сажали на цепь напротив собак, чтобы они учились лаять и доносить до собак свою мысль. Они утверждали, что тот, кто не прошёл испытание, может научиться разговаривать по-собачьи, раз не сумел до конца овладеть человеческим языком. Как только это у кого-либо из отличников получится, то у каждого появится новый шанс пройти испытание.
По легенде только один человек смог снять со своей шеи цепь. Три года и тринадцать дней он лаял на собаку, пока не замолчал. Его молчание длилось три дня и три ночи. Всё это время он не спал и смотрел на собаку напротив себя, после чего сказал небесным монахам, что теперь понимает собачий язык.
Они решили его проверить и просили сказать, что лаяла собака. И он говорил без запинки. Все были удивлены таким просветлением. Все отлучники получили второй шанс. И все, кроме того человека, снова его провалили. А тот человек отказался проходить испытание и ушёл. С тех пор его якобы видели во многих странах древнего мира. И везде его называли одним именем – Мастеру. Что означало «тот, у кого достойно учиться монахам».
Мораль притчи в том, что на самом деле человек не смог научиться говорить по-собачьи, но сумел найти человеческие слова, чтобы убедить небесных монахов в своём просветлении. Монахи не говорили по-собачьи. Никто из них не мог встать на колени, надеть цепь на шею и залаять. Им пришлось поверить человеку, и якобы именно они дали ему его новое имя – Мастеру.
Мишка читал, и в его душе поднималось тепло. Он вдруг ощутил невероятную лёгкость в мыслях и теле от осознания того, что он видел в своём сне.
Хотя теперь он был уверен, что это был не сон.
«Что угодно, но не сон, – думал он радостно. – И мама не права. Потому что нигде, никогда он не слышал этой притчи. Что бы кто ни говорил про чертоги разума и подсознательное. То, что он видел, он не придумал. Он это видел! А значит, папа… Есть жизнь и есть… нет… не конец. Начало. Дальше всё только начинается. Дальше всё только начинается. Может быть, не для всех, но для тех, кто умнее небесных монахов, всё только начинается».
Он подошёл к столу, взял их семейную фотографию, посмотрел в лицо улыбающегося отца и тихо сказал:
– Спасибо, пап. За твой выбор и за то, что ты такой. Ты мне очень помог. Я люблю тебя. До новых встреч.
Всем привет. Вот и закончилась очередная история противостояния добра и зла. Хотя всё условно, то, что для меня добро, кому-то может показаться слабостью и трусостью. У каждого свой выбор.