* * *
На следующее утро его уверенность в собственном поведении уже не была столь сильной, как после разговора с матерью. Ему казалось, что вся школа знала о драке и каждый обсуждал его девственность. Чем больше он об этом думал, тем нервознее становился. В итоге он чуть было не решил вообще не ходить, но его удержали слова матери о том, что от своих слабостей не спрятаться.
– Кто бы что тебе ни говорил обидное, учись не принимать всё на свой счёт. Умение посмеяться над собой – отличное оружие против любых насмешек. И главное, не вздумай считать их насмешки своими слабостями. Никогда и никому не давай повода загонять твою личность в чужие рамки. Ты – это ты, и пусть весь мир радуется оттого, что ты именно такой.
Слова матери звучали как напутствие. Она не стала его целовать. Подмигнула и, пожелав хорошего дня, ушла на работу.
И всё же, несмотря на определённый душевный подъём, Миша шёл в школу с тяжёлым сердцем. Ожидание конфликта заставляло нервничать.
– Чёрт, ощущение такое, что я боюсь, – сказал он сам себе вслух.
В этот момент он заметил, что у впереди идущего прохожего что-то выпало из сумки. Миша тут же окрикнул его словами:
– Мужчина, у вас что-то упало.
Человек обернулся, и Миша узнал незнакомца, которого встретил после драки.
– А, здравствуйте, молодой человек. У меня упало? – рассеянно спросил он.
Миша показал ему на асфальт, где лежало портмоне.
– Ох, как вовремя вы его заметили, благодарю. Что-то я небрежен сегодня.
– Бывает. Задумались, наверное, – поддержал разговор Миша.
– Наверное. Ещё раз благодарю, – и он поднял руку с кошельком вверх, как бы фиксируя, что теперь он никуда не убежит и одновременно выражая таким жестом признательность. – А как ваши дела? Удалось молодому хищнику поставить на место шайку шакалов?
На лице человека в чёрном виднелась еле заметная улыбка, и могло бы показаться, что он смеётся над Мишкой, но внимательные глаза и голос, в котором звучала искренняя заинтересованность, вызвали чувство благодарности. Одинокой душе подростка стало приятно, что кому-то небезразлична его жизнь. О матери в этот момент он не подумал.
– Да, всё нормально. Они оказались кучкой трусов. Приём с кирпичом сработал! – Он и сам не понял, как и зачем соврал. Озвучил непривычную для себя ложь, что возвела его маленькую личность на пьедестал победы над теми, кого они считал ниже себя.
По крайней мере, в мыслях они точно были жалким ничтожеством, которому он давал отпор. Брал в руки кирпич, и они разбегались в страхе. В этих своих мыслях он не бил кирпичом – только пугал, но его решительного вида было достаточно, чтобы одержать победу.
Он не мог ударить. Это он знал совершенно точно. Ему было страшно переступить порог, даже в мыслях, где он бьёт другого человека, пусть даже такого конченого, как этот белобрысый, кирпичом.
Возможно, поэтому он соврал: нереализованный страх подтянул к себе ложь, вместе с которой они водрузили венок победителя на шею Мишки.
Хотя, возможно, сыграла свою, и не последнюю, роль неделя травли в интернете.
Неделя, превратившая его спокойную целеустремлённую жизнь в ад.
Мишка не понимал, почему все на него ополчились. Как можно было так затравить человека из-за того, что он просто отказал девочке даже не в чувствах, а скорее в своём теле.
И слабые попытки внутреннего голоса указать на подобное отношение с его стороны к Софии тут же тонули под волной оправданий и аргументов о том, что это абсолютно разные, непохожие события. Прежде всего последствиями. В его случае он никого не травил, а травили его, в случае с Софией он так же не допускал, чтобы ей было больно или неприятно, хотя глубоко внутри себя очень рассчитывал на это. В случае с Софией он снова видел пострадавшей стороной себя.
В общем и целом суть не менялась: он пустил в свою жизнь ложь, чтобы показаться сильнее и значимее. И это тут же отразилось удовлетворением на лице человека в чёрном. Он согласно кивнул, выражая одобрение и протягивая руку для пожатия:
– Мои поздравления настоящему мужчине! Вы молодец. Они не сильно пострадали?
Он замолчал и внимательным, проникающим в самую глубину души взглядом посмотрел Мишке в глаза. Тому показалось, что он знал про его ложь. Что своим взглядом он проник в его святая святых скрытое и никому неведомое состояние, где скрывается всё тайное, что либо прячешь от самого себя потому, что боишься, либо потому, что тебе за это стыдно.
Мишке стало стыдно, что он соврал, и он готов был признать свою ложь, чтобы оправдаться перед этим чутким и казавшимся искренне интересующимся его проблемами и жизнью человеком. Но человек в чёрном на секунду опередил его порыв.
– Хотя это неважно. Уверен, вы дали им просто хороший жизненный урок. У вас благородная натура. Честная и справедливая.
– Спасибо, – ещё больше замялся Мишка, сбитый с толку такой похвалой.
– Умение проявлять характер, показывать другим свою силу, когда нужно, а иногда просто выпускать на волю хищника, живущего в каждом из нас, – это признаки сильного и достойного человека, который тонко чувствует грань между добром и злом. Такой человек всегда может восстановить справедливость, не переходя черту дозволенного. В этом деле – восстановлении справедливости – очень много подводных камней.
Не перейти черту очень важно. Вам несложно было ударить камнем?
Мишка захлопал глазами оттого, как человек в чёрном вытаскивал из него его страхи. Словно клубок он распутывал его смешавшиеся мысли, подпитывая и поддерживая ещё не до конца прижившуюся ложь. Мишка даже не понял, что незнакомец с уверенностью спрашивает его про удар камнем, в то время как изначально предлагал лишь использовать его для испуга.
– Нет, – еле слышно прошептал Миша в ответ.
– Вы сильнее, чем кажетесь, молодой человек. Мне было тяжело. Во мне сидел страх. Страх, что я не смогу причинить боль тем людям, что обидели мою семью. Я боялся последствий, меня страшило представление той боли, что испытают мои враги. Представляете! Я боялся за их боль, хотя в мыслях разрывал их на кусочки. Но самое главное, я боялся себя. Боялся, что не смогу, потому что боюсь их. Потому что они сильнее и их больше. Этот страх был самым большим.
Он замолчал, явно погружённый в свои воспоминания. Но Мишка не хотел, чтобы он молчал. Он жаждал продолжения. Клубок Мишкиных сомнений был почти полностью размотан, и осталось сделать последнее движение, чтобы понять себя и свои возможности.
– И как же вы его победили, этот страх? – спросил он, затаив дыхание.
Человек в чёрном словно очнулся, и тут же внимательный взгляд вернулся на его лицо.
– Мне подсказали, что мой страх не одинок. Один старый воин, ветеран войны, что резал немцев в штыковой, сказал мне что помогло ему выживать и побеждать.
Он рассказал, что перед каждой битвой в нём сидел страх проиграть, страх умереть и не увидеть рассвет, но он шёл на бой с мыслью, что они, немцы, тоже боятся и чей страх сильнее, тот и проиграет.
И тогда я сказал себе, что страха нет. Точнее, он есть, но их страх сильнее. Потом я так и действовал по жизни, восстанавливая где нужно справедливость, наказывая наглецов за оскорбление достоинства, своего или своих близких.
Отличная мантра, если вы знаете, что это такое, подаренная мне старым воякой: мне страшно, но их страх сильнее. Но это уже совсем другая история.
Рассказ незнакомца произвёл на Мишку сильное впечатление. Какая интересная мысль. И главное, простая. Папа всегда говорил, что в простоте сила.
Он боится, но его враги боятся так же или даже сильнее, чем он. А он думал, что им не страшно…
Уважительное обращение к нему, молодому пацану, на «вы», манера разговаривать и общность его беды с проблемами, пережитыми человеком в чёрном в прошлом, окончательно подкупили, и ему захотелось ещё больше сблизиться с этим необычным человеком. И он снова соврал.
– Ну, если честно, мне тоже было немного страшно, – произнёс он доверительно снисходительным голосом.
Правда, смешанная с ложью, – это коктейль, который устраивает обе стороны говорящего: совестливую – за несказанную откровенную ложь, лживую – за то, что она дала блеснуть человеку своей притягательной возможностью быть не тем, кто ты есть.
Признание своей слабости, разделение своего настоящего страха со страхом незнакомца придали Мишке сил и решительности, уверенности, что он не один, что таких, как он, много и каждый, кто сможет победить свой страх, тот будет победителем по жизни.
Ложь закрепилась в душе, удобно устроившись среди правдивых ценностей и установок, вложенных в него родителями и прожитой жизнью. Ложь нашла нужные струны, которые позволяли теперь играть свою музыку.
В этот момент Страх стоял рядом и улыбался Мишкиным мыслям. Он повернулся к человеку в черном.
– Великолепно! История с ветераном его окончательно подкупила! Откуда вы её взяли?
Человек в чёрном ответил, не поворачиваясь от Мишки:
– Он воспитан людьми старой закалки. Ему с детства прививали знания о великой победе с сильным врагом. Народ смог собраться. Слабый победил сильного, того, кто захватил весь мир. Такими ценностями и установками управлять легче всего. Тебе нужно этому учиться. От любви до ненависти один шаг. Запомни. Там, где заложено и потрачено больше всего энергии, там неизбежно образуется дисбаланс. Колос на глиняных ногах. И сейчас маленькая Ложь этого колосса подкосила, принеся нам победу в, казалось бы, несокрушимой броне.
– Да уж, – вступила в разговор Ложь, – он сильно сопротивлялся. Вроде бы и впустил, но зацепиться не получалось. Не верил он вам, до конца не пускал к себе в душу. История про ветерана была в кон.
– Располагайся, Ложь. Тебя должно быть много. И разбейте мне его связь с матерью. Хочу, чтобы Злость снова проявила себя. Ты слышишь меня, Злость?
– Да-да. Я всё слышу, – раздался голос. Из ниоткуда, рядом с Мишей, материализовалась ещё одна фигура.
– Страх, ты за старшего. Нам не хватает Ненависти. Делайте что хотите, но она должна стать его вторым Я!
В этот момент он вернулся к разговору с Мишей.
– Ну, как говорится, не поминайте лихом, если вдруг сказал что не так. До свидания, молодой человек.
– Да что вы! Какое лихо! Спасибо вам огромное за вашу поддержку! Я очень ценю всё, что вы рассказали!
Он попрощался и воодушевлённый отправился в школу. Совершенно неожиданно страх и неуверенность, с которыми он шёл, исчезли. После разговора с человеком, имени которого он почему-то не спросил, в его голове вновь поселилась новая форма внутреннего Я – бесстрашная, когда нужно злобная, уверенная и умеющая постоять за себя. Хищная сущность.